— Приди в себя, красавчик. Тебе придется подождать, пока мы не вернемся домой, чтобы привести в действие все эти грязные мысли, которые крутятся у тебя в голове. Обед подан. — Она прижимается своей сексуальной попкой к моему столу и начинает выкладывать содержимое своей сумки. Я издаю болезненный стон, когда она наклоняется, чтобы поднять выпавшую из пакета упаковку соевого соуса.

— Черт возьми, вот это задница! — Она смеется и швыряет в меня вилкой, прежде чем сесть и начать есть без меня.

Мне требуется несколько секунд, пока я потаюсь заставить свой член успокоиться, а затем я подхожу к ней. Я наклоняюсь и сильно целую ее, прежде чем придвинуть свой стул поближе к ней. Мы едим в уютной тишине, оба просто счастливы быть вместе прямо сейчас. Я знаю, почему я так волновался; мне нужно было самому убедиться, что с ней действительно все в порядке. Даже если она не произносит этих слов, я знаю, что она здесь, потому что после того разговора с Грегом я был ей нужен, и, черт возьми, это чертовски здорово.

Это действительно напоминает о том, как далеко мы продвинулись. Раньше она продолжала отгораживаться от меня и никогда не позволяла мне думать, что я ей нужен. Теперь… теперь ей даже не нужно думать об этом. Я был нужен ей, поэтому она пришла и забрала меня.

— Где Грег? — Меня бесит, что я не знаю, как все прошло, но не хочу заставлять ее говорить об этом, если она сама этого не хочет. В основном, я просто хочу убедиться, что с ней действительно все в порядке.

— Он ужинает в конференц-зале с Акселем. Я принесла Мэддоксу, Челси и Свэю еду, прежде чем отправиться по маленькой тропинке радости, чтобы попасть сюда. Клянусь, я не понимаю, почему вы, ребята, позволяете Свэю оставлять это на тротуарах.

Она смеется, а я качаю головой, вспоминая, как Свэй потратил целых два дня, раскрашивая тротуар перед деловой полосой в золотой цвет… с блестками, разбросанными повсюду. Мы все его за это достали, но он прав. Вряд ли кто-то сможет пройти по этой нелепой краске без улыбки.

— В любом случае, Эмми уехала с ней, но она разговаривала по телефону, когда я вошла, так что я пойду догоню ее, когда мы закончим наше маленькое обеденное свидание. — Она возвращается к своей еде, откусывает несколько кусочков, прежде чем закрыть то, что осталось, и идет к холодильнику в моем кабинете, чтобы убрать остатки.

Я выбрасываю пустые контейнеры из-под еды в мусорную корзину и сажаю ее к себе на колени, когда она возвращается, чтобы занять свое место. Она хихикает и обнимает меня за шею.

— Эй, — шепчет она мне в губы.

— Эй. — Я почти не успеваю произнести ни слова, как ее губы прижимаются к моим. Она запечатлевает на них грубый поцелуй, который показывает мне, насколько отчаянно она хотела попасть сюда. Я отвечаю на каждое ее движение. Наши языки танцуют вместе, и не проходит много времени, как ее поцелуй становится более страстным.

Я отстраняюсь и даю ей минуту на размышление. Ее глаза все еще закрыты, а дыхание частыми порывами касается моего лица. Она замирает на несколько секунд, прежде чем ее губы расплываются в красивой улыбке. Когда она улыбается мне, у меня такое чувство, будто весь мир оказался в моих руках. Это то, о чем я мечтал так долго. В этом нет ничего фальшивого или наигранного. Когда она открывает глаза, ослепляющая радость, которая, как пылающий огонь внутри нее, выплескивается наружу. Я улыбаюсь ей в ответ и позволяю остальному стрессу и беспокойству этого дня просто улетучиться из меня.

Она кладет голову мне на плечо и устраивается поудобнее у меня на коленях. Я обнимаю ее одной рукой за спину, чтобы поддержать ее тело, но при этом беру ее маленькие ладошки и обхватываю их своими, поглаживая пальцами ее шелковистую кожу.

— Сегодня все прошло хорошо.

Я киваю, и даю ей время продолжить.

— Он воспринял это так тяжело, как я и думала, но в итоге ты оказался прав. Ему нужно было знать, и я чувствую себя намного… свободнее. — Она смеется, и этот звук окутывает меня. Я закрываю глаза и наслаждаюсь моментом, который произошел между нами.

— С ним все будет в порядке. Я знаю, что это не то, что он может просто взять и забыть, но у него есть Мелисса и Коэн, которые помогут ему справиться с этим. — Она приподнимается, высвобождает руки и обхватывает мое лицо ладонями. Большими пальцами она несколько раз проводит по моей дневной щетине, прежде чем приблизить свои губы к моим и слегка поцеловать, прежде чем отстраниться. — А у меня есть ты.

Она улыбается, и я тут же вижу это. Она двигается дальше и наконец-то отпускает все, что причиняло ей боль. Словно море воздушных шариков, которые выпускают в небо, вы можете почти физически увидеть, как она отпускает все это.