— Дай мне посмотреть.

Сев на матрас, я разложил пять или шесть снимков. На обратной стороне каждого из них были наклейки с именами и городами последнего известного места жительства. Взяв мобильный, я набрал номер Саши и включил громкую связь.

— У меня нет для тебя ответа, — сказала она по-русски, сразу переходя к делу.

— По-английски, пожалуйста, — сказал я. — Рядом со мной Джулио.

— Ох? — ее голос понизился, и она пропела: — Ну, здравствуй, Джулио Раваццани. Приятно наконец-то познакомиться с тобой, я так много о тебе слышала.

— Не сомневаюсь. Что-то подсказывает мне, что ты можешь знать обо мне больше, чем я, — усмехнулся он.

Она рассмеялась.

— Определенно знаю. Так почему вы двое беспокоите меня?

Я сложил руки на груди, приготовившись к выволочке.

— Мы находимся на яхте Николая Кузнецова...

— Блядь! Ты что, серьезно? Ты знаешь, как опасно?..

— Саша, — рявкнул я. — Я все это знаю, и мы с этим разбираемся. Что мне сейчас нужно, так это связь с сицилийцами, которые хотят убить Джулио.

— Я работаю над этим, — обиженно ответила она.

— У меня есть кое-что, что может помочь. Человек Николая прогнал через программу распознавания лиц видео взрыва машины в Брюгге...

— Значит, ты изменяешь мне с одним из людей Николая!

— И, — продолжил я, — у нас есть несколько имен, которые я хочу, чтобы ты сопоставила с тем, что нашла.

— Вот что я знаю. На Сицилии действуют три основных клана «Коза Ностры» — Каннаваро в Энне, Дзамбротта в Катании и Бускетта в Палермо. Бускетта — самая крупная и влиятельная семья, но остальные в равной степени вовлечены в преступные предприятия по всему миру. Однако я не смогла найти связи с Раваццани ни у одного из них, — Она вздохнула, и я услышал, как пальцы стучат по клавиатуре.

— Ты бы не нашла, — сказал Джулио, хмуро смотря на фотографии. — Мой отец слишком умен для этого, но он имел дело с Бускеттой на протяжении многих лет. Последний раз это было четыре года назад, насколько я знаю. Был заключен союз, так что думаю, что они наименее вероятны.

— А что насчет других? — спросил я его.

— Прошло много времени, но, насколько я помню, Каннаваро в тюрьме. Его жена управляет делами с его помощью из тюрьмы. Дзамбротту я не знаю.

— Дзамбротта умер шестнадцать месяцев назад, — добавила Саша. — Два его сына взяли на себя управление, но они потеряли большую часть своих владений из-за Бускетты.

— Мы должны позвонить твоему отцу, — предложил я Джулио. — И спросить его мнение.

— Нет, — его глаза были яркими и твердыми, как алмазные осколки. — Он вмешается, и это превратится в войну. И я говорил тебе, он думает, что это связано с другим доном, который умер примерно в то же время.

— Потому что Фаусто был ответственен за это.

Джулио не ответил, но его взгляд сказал все. Фаусто убил этого другого дона.

— В этом есть смысл. Но почему сицилийцы? Почему не семья этого дона?

— Его сыновья — некомпетентные наркоманы. Или, по крайней мере, были ими четыре года назад.

— Возможно, сицилийцы пришли за тобой в отместку твоему отцу за этого дона. Время подозрительное.

— Почему сицилийцев должна волновать смерть Моммо? Они тут ни при чем, — он перевернул фотографии и посмотрел на имена. Я видел, что он обдумывает это. — Саша, я зачитаю несколько имен. Поищи связь между ними и человеком из Пьемонта, Джироламо Конделло, его звали Моммо. Он умер, но, возможно, у него были связи с одной из этих семей.

Джулио назвал ей имена, которые были получены в результате работы программы распознавания лиц.

Мы слышали, как она печатает и жует жвачку. Когда она напряженно думала, она всегда жевала вишневую жвачку. Обычно я дарил ей несколько штук на Рождество вместе с премией.

— Ты сказал Конделло?

— Да, а что?

— Я изучала сыновей Бускетты, Нино и Джакомо. Нино, старший из них и младший босс, женат на Марии Умберто. Ее первая кузина, Рина, вдова человека по фамилии Конделло в Пеидмонте.

— Ее звали Марина?

— Да.

— Minchia!(Твою мать!)

— Значит, этот мертвый дон, его жена была двоюродной сестрой жены Нино Бускетта?

— Si, — Джулио потер глаза. — У Моммо было много жен. И все же, как никто не знал об этом до сих пор?

— Фамилия Рины была не Умберто. Ее мать — сестра отца Марии, — раздался голос Саши из телефона.

А, это объясняло разные фамилии.

— Нино Бускетта, — я посмотрел на Джулио и многозначительно приподнял одну бровь.

— Нино, блядь, Бускетта, — повторил он. — Пойдем и убьем этого ублюдка.