Я медленно поворачиваюсь и смотрю на Эли. У меня внутри все холодеет.

— Сегодня понедельник.

Лицо Эли вытягивается, он встревожен.

— Сегодня среда.

Я закрываю глаза, прижимаю кончики пальцев к глазницам. Что со мной происходит? Я теряю время? Я роюсь в памяти, пытаясь вспомнить. Я вспоминаю, как легла спать, а потом внезапно оказалась на улице, сражаясь с двумя новорожденными из-за крови Бинг. Но меньше всего я хочу пугать Эли. И это последнее, что я хочу сделать. Я усмехаюсь и качаю головой.

— Боже, я старею. Сон, должно быть, высосал из меня всю жизнь. — Я бросаю взгляд на Эли. — Это не каламбур. — Взглянув на часы на прикроватном столике, я потягиваюсь. — Умираю с голоду. Думаю, я схожу за сливками и кофе. Хочешь что-нибудь еще?

— Безусловно, — говорит Эли.

Не думаю, что он планирует выпускать меня из виду в ближайшее время. Его уже безмерно бесит, что он не может читать мои мысли, как раньше. Аркосы действительно повлияли на мою ДНК. Поскольку все постоянно меняется, я понятия не имею, где я окажусь. Я. Райли По. Во всяком случае, то, что от меня осталось. Я не могу долго морочить Эли голову по поводу потери времени. Не хочу. По правде говоря, это пугает меня до чертиков. Сначала я попытаюсь справиться с этим. Посмотрим, что скажет мне Викториан. Может быть, я смогу научиться контролировать это, как свои другие способности? Молю Бога, чтобы это было так.

— Привет, братан, я бегу в КК, — говорю я. — Хочешь чего-нибудь?

Сет бросает на меня взгляд, и его обычно веселое выражение лица тускнеет.

— Нет, спасибо.

— Что-то не так? — спрашиваю я озадаченно.

Взгляд Сета задерживается на мне на секунду или две, будто он ждет, что я угадаю.

— Нет, — наконец отвечает он и натягивает куртку. — Все в порядке.

— Куда идешь? — Это не похоже на Сета — быть таким угрюмым со мной, но в последнее время мы оба прошли через столько дерьма, что научились давать друг другу немного пространства.

— В школу, Ри, — отвечает он. — Миссис Дюпре любит, чтобы я приходил пораньше. — Элиза воспитывает Сета и Джози на дому.

Я киваю.

— Ладно. Увидимся.

Сет молча проходит мимо меня и выходит за дверь. Я пытаюсь не обращать внимания на боль, которую чувствую, и смотрю на Эли. Я уверена, что улыбка, которую нацепляю на лицо, выглядит чертовски фальшиво.

— Готов?

— Он просто беспокоится о тебе, понимаешь? — тихо говорит он.

Я беру ключи от джипа с крючка и выхожу.

— Да. Знаю.

Как только я выхожу на улицу, то вижу Бхинг у мусорного контейнера. Она направляется обратно в свой магазин, бросает на меня взгляд и машет рукой. Ее шелковистые черные волосы, подстриженные в виде каре до плеч, колышутся при каждом ее движении. Она смотрит на меня сквозь очки. Я машу в ответ. Значит, она все-таки в безопасности. Интересно, о чем она думает?

За полчаса мы успеваем съездить в «Криспи Крим» и вернуться обратно. Я съедаю четыре пончика с глазурью и пью кофе с сахаром и сливками, одновременно обдумывая несколько рисунков тушью, которые запланировала на день. Могу сказать, что моя голова не занята ни игрой, ни едой, и то и другое выводит меня из себя. Что еще более расстраивает, так это то, что я не знаю, что с этим делать. Иногда это хуже. Эти чувства относительно новые. Эли понимает мое раздражение; он внимательно наблюдает, как я надеваю на работу рваные, выцветшие джинсы с низкой посадкой, черную футболку с длинными рукавами и надписью «Татумания» и пару поношенных ботинок. Собирая волосы в высокий хвост, я чищу зубы и спускаюсь вниз, чтобы открыть магазин. Я чувствую беспокойство. Нерешенность. Может быть, это потому, что я не видела Причера и Эстель. Я просто не могу во всем этом разобраться.

Я слышу Никс за три минуты до того, как она заходит в магазин.

Скорее, слышу, как бьется ее сердце.

На долю секунды, как раз перед тем, как Никс открывает входную дверь, у меня перед глазами все расплывается. Стук сердца Никс, бьющегося в груди, отдается во мне эхом. Ее кровь со свистом несется по сосудам, направляясь к органу и от него. Я, черт возьми, слышу отзвук. Я несколько раз встряхиваю головой, делаю несколько вдохов, закрываю глаза, проветриваю голову. Избавляю свой мозг от этого. Черт возьми! Какого черта?

— Райли. — Эли стоит рядом со мной, его рука на моем плече, голос строгий и уверенный. Будто он знает о моем внутреннем смятении. Я бросаю на него быстрый взгляд. В голове у меня начинает проясняться.

— Райли! Доброе утро! — Никс приветствует меня, заходя внутрь, и я перевожу на нее внимание. Люк стоит прямо за ней. Джин, Приветственный Ворон, названный в честь Джина Симмонса, каркает над дверью. По какой-то причине оба звука раздражают меня. Никс бросает на пол свою огромную розовую сумочку с черным черепом и скрещенными костями и подходит ко мне. Она заключает меня в крепкие объятия. За несколько секунд она оценивает меня. — Не выспалась, да? Бедняжка. Выглядишь уставшей.

— Ну и дела, спасибо, — говорю я и подхожу к плееру. — Разве это не то же самое, что сказать, что я дерьмово выгляжу?

Никс дернула меня за конский хвост.

— Да, в значительной степени. Так что поспи еще немного. Знаю, тебе больше не нужно так много, но еще немного не повредит. У тебя темные круги под глазами, Рай. Ты потеряла весь цвет, который приобрела на острове Да, когда проходила курс реабилитации, и из-за своей бледной кожи и темных кругов под глазами ты действительно выглядишь как… Ну, ты понимаешь.