— Не надо, — сказал он. Но затем, чуть мягче, добавил: — Не сегодня.

Почему мы вообще здесь оказались? Для него это было все равно что бередить открытую рану, но именно он привел меня в Баллард.

— Ванная комната вон там, — сказал он, указывая на дверной проем слева от нас. — Внизу две спальни. Я займу ту, что поменьше. Все равно она раньше была моей.

Две спальни. Он будет спать в своей комнате. Я должна была спать в другой. Меня это не удивило. Может, Фишер и согласился трахнуть меня, но я не питала иллюзий, что он захочет спать в одной комнате со мной.

— Спасибо. О, черт. — Я поморщилась. — Я оставила сумку на поляне. Я не подумала. Мне придется вернуться и забрать ее.

Но Кингфишер протянул руку, и его ладонь превратилась в клуб черного дыма, который затем стал куском холста, превратившимся в забытую сумку.

— Держи, — тихо сказал он. — Спокойной ночи, малышка Оша.

ГЛАВА 26???.

ЗОЛА И ПЕПЕЛ

Я проснулась от крика. Звук был полон чистого ужаса — так кричит человек перед тем, как его убивают. Я вскочила с кровати и налетела на мебель, разбив большой палец на ноге.

— Черт! Черт, черт, черт! — Эта спальня была мне незнакома. Когда я вошла в нее, здесь была кромешная тьма. Я смогла найти кровать только наощупь, пошарив в темноте. Одни боги знали, какие препятствия стояли между мной и дверью. Одни боги знали, где находится дверь. Крики усилились. В конце концов я нащупала дверную ручку и чуть не споткнулась о тяжело дышащего Оникса, когда он пулей выскочил за дверь. Я бросилась за ним по коридору.

— Хватит! Нет. Я сказал нет! ПРЕКРАТИ! — кричал Фишер.

Не раздумывая, я распахнула дверь и ворвалась внутрь. Шторы здесь не были задернуты, и лунный свет лился в окна, окрашивая все вокруг в серебристый цвет. Одетый только в брюки, Фишер лежал в центре кровати, которая была слишком мала для его тела, прямо поверх постели, и дрожал, по его коже струился пот. Сначала я подумала, что ему снится кошмар, но потом заметила, что его глаза открыты и устремлены в потолок. Он моргнул, и из уголка его глаза скатилась слеза, пробежав по виску и скрывшись в волосах.

— Фишер?

Он вздрогнул, услышав мой голос. Его руки сжались в кулаки, вцепившись в простыни.

— Уходи, — сказал Фишер срывающимся голосом. Он наблюдал за мной краем глаза, хотя его голова на подушке не двигалась.

— Что случилось? Ты…

— Уходи!

— Я не могу просто уйти. С тобой что-то не так.

— Со мной все будет в порядке. Я… — По его лицу пронеслась волна боли, глаза закатились. Он стиснул зубы и выкрикнул злобное проклятие на языке древних фей. — Черт! Остановись! Остановись, остановись, остановись, — повторял он. — Пожалуйста. Остановись… — Приступ, судорога, черт возьми, что бы это ни было, причиняющее ему столько страданий, утихло, и я с замиранием сердца наблюдала, как его тело опускается обратно на матрас. Как только его спина выровнялась на кровати, дрожь возобновилась.

Я приняла решение и сказала:

— Я собираюсь найти кого-нибудь. Ты не в порядке.

— Нет! Нет. — Фишер попытался сглотнуть, но это показалось ему слишком болезненным, поэтому он прочистил горло. — Это скоро закончится, — поспешно произнес он.

— Как скоро?

— Через… час. Может, два. Я… буду в порядке.

— Фишер, нет! Тебе нужна помощь. Я должна найти целителя.

— Просто… пожалуйста. Принеси мне воды. Это поможет. А потом… возвращайся обратно в постель. Поспи немного…

Да. Конечно. Поспи. Когда он страдает от боли в соседней комнате и кричит во всю мощь своих легких. Этого не будет. Он был таким чертовски упрямым.

— Я вернусь через секунду, — сказала я ему. Все свечи давным-давно потухли, а я не обладала магией, которая могла бы просто вызвать пламя, когда оно мне нужно, поэтому я отправилась на поиски. В гостиной я раздвинула шторы и возблагодарила богов за то, что луна осветила мебель и все остальные предметы, которые стояли между мной и кухней.

В одном из шкафов я нашла пыльный стакан, наполнила его из кувшина, стоявшего на серванте, и так быстро, как только могла, вернулась к Фишеру. В мое отсутствие Оникс запрыгнул на кровать и прижался к боку мужчины, положив голову Фишеру на живот. Когда я вошла в комнату, он заскулил, переводя взгляд с меня на Фишера, как будто пытался мне что-то сказать.

— Ты можешь поднять голову? — спросила я.

— Нет. Я не могу пошевелить… ничем. — Фишер закрыл глаза и крепко зажмурился.

— Хорошо. Тогда я тебе помогу.