Хотя она застала меня стоящим над телом моего зятя.

«Как и я», — повторяю я в ответ.

ГЛАВА 33

Саванна

Я слишком долго стояла у раковины, пытаясь вспомнить, как чистить зубы.

Это не та травка, которую я пробовала в колледже.

Наконец, я засовываю щетку в рот и прикладываю все усилия, прежде чем сполоснуть рот и выключить свет.

Кинг нес меня на руках до нашей комнаты.

Весь. Путь.

Возможно, он тяжело дышал, но я была слишком занята, пытаясь не потерять сознание и не упасть, чтобы это заметить.

К счастью, я проснулась достаточно, чтобы собрать пижаму, пока он пользовался ванной. Потом мы поменялись местами.

Я слишком рано выключаю свет и некоторое время борюсь с дверной ручкой.

Дверь распахивается. «Опа!» Я отпрыгиваю назад, почти открывая ее себе в лицо.

Сосредоточившись на том, чтобы вести себя как обычно, я выхожу из ванной.

Вместо того чтобы лежать в кровати, Кинг стоит рядом с ней, собираясь лечь в нее.

Он действительно красивый.

Кинг замолкает, и его глаза сужаются. «Что за херню ты одела?»

Я смотрю вниз, одергиваю перед своей мужской футболки размера 3XL, которая доходит мне до колен, чтобы убедиться, что я схватила нужную вещь. Я схватила.

«Моя пижама», — говорю я, окидывая взглядом комнату.

Да, это спальня. Это подходящее место, чтобы носить пижаму.

«Саванна». Кинг говорит так, будто цедит сквозь зубы.

Я стиснул зубы, пробуя на вкус.

Мне это не нравится.

Помня, как я устала, я спешу к кровати и забираюсь на матрас. Быстро зарываюсь под одеяло.

«Саванна». То, как Кинг произносит мое имя, заставляет меня перевернуться на бок, чтобы посмотреть на него.

«Да?» Я натягиваю одеяло до подбородка.

«Чья это рубашка?»

Я думаю о выцветшем логотипе местной футбольной команды, наклеенном у меня на груди. «Это мое».

Кинг наклоняется, кладя ладони на матрас. «Если бы эта рубашка принадлежала другому мужчине, я бы сорвал ее с твоего чертового тела».

«Пип», — повторяю я слово, щелкнув букву «П».

Лицо моего мужа принимает странное выражение, и я снова издаю хлопок.

«Сав—»

«Тебе кто-нибудь говорил, что ты похож на льва?» Руки все еще на кровати, Кинг наклоняет голову вперед, сгорбившись, что делает его еще более похожим на большую кошку. «Твои глаза», — уточняю я, на случай, если он расстроен тем, что не понял.

Он поднимает голову, его кошачьи глаза впиваются в мои. «Где ты взяла футболку этого человека?»

О, мы снова к этому вернулись. «Магазин».

«Ты купила её?» Он выглядит скептически.

Я киваю.

«Для себя?»

Я снова киваю. «Она мягкая».

«Почему бы тебе не купить женскую пижаму? Я уверена, что у них есть мягкие».

«Потому что…» Эмоции обрушиваются на меня из ниоткуда, и горло становится тревожно сжатым. «Потому что мне нравится притворяться, что оно принадлежит кому-то другому».

Почему я это признаю? Я не должна этого признавать.

"Почему?"

Я крепче сжимаю одеяло, поднимаю его выше, так что оно закрывает мне половину рта. «А это имеет значение?»

«Да. Ответь на вопрос».

Я оставляю одеяло там, где оно есть. «Потому что оно дает мне ощущение, что у меня есть кто-то».

Его челюсть работает, прежде чем он отстраняется, вытягиваясь все выше и выше, пока не встает прямо. «А как насчет Мудака?»

«Кого?» Мой взгляд прикован к его грудным мышцам.

Грудь. Звучит как фальшивое слово.

«Лиланд».

«Хм? А что с ним?» Я визуально прослеживаю узор волос на его теле, как он спускается все ниже и ниже, исчезая под полосой блестящих синих боксеров.

«Разве у тебя не было его одежды?»

«Его одежда у меня?» Я качаю головой, откинув голову на подушку. «Зачем мне его одежда?»

«Господи Иисусе», — бормочет Кинг, и я наконец поднимаю на него взгляд. Он указывает пальцем на шкаф. «Если я пойду туда и покопаюсь в твоем дерьме, найду ли я там что-нибудь из одежды Лиланда?»