В любом случае, я переборщила, пытаясь доказать свою точку зрения, если она вообще была.

Я попытался ударить его по лицу.

А что он сделал в ответ?

Он прижал меня к ближайшей стене, и я была уверена, что он собирается меня отшлепать. Но его глаза внезапно стали умоляющими, его грудь поднималась и опускалась, как и моя.

И в сюрреалистический момент, который я надеялась запомнить на всю оставшуюся жизнь, мужчина, о котором я фантазировала, тот, о ком я не должна была думать как о ком-то большем, чем он был, зажег огонь глубоко внутри меня. Затем он сделал что-то безумное и неожиданное.

Он прижался своими губами к моим…

ГЛАВА 10

Кэролайн

У меня было достаточно поцелуев, но все они были с молодыми парнями.

Они были как неуклюжие идиоты, запертые в темноте. Они все считали, что действие языка было единственным способом, и, черт возьми, это было неряшливо. И громко. Конечно, когда они стали старше, они поняли немного больше, что это было о том, чтобы не торопиться, позволяя нашим ртам и языкам исследовать, наслаждаясь жаром, взрывающимся между двумя страстными людьми.

Но за все мои годы и за все время, что я целовала мужчин, ни один из них не знал, что мне нужно, и не тратил время на то, чтобы быть грубым, но соблазнительным, контролирующим, но уступчивым ровно настолько, чтобы я чувствовала себя участницей происходящего.

Это требовало значительного мастерства.

Опыта.

Мой извращенный разум начал думать о том, сколько красивых женщин он поцеловал. Бог знал, что я не подхожу под тип этих ветреных девушек, которых я видела рядом с ним на глянцевых фотографиях в интернет-журналах.

Я была потрясена, пытаясь найти хоть немного смысла в мыслях, чтобы понять, что происходит между нами. Фраза «в этом вся опасность» была прямо там, и мой тихий голосок смеялся надо мной в то же время. Я давно дала себе обещание, что никогда, никогда не отдам свое сердце мужчине.

И что я никогда не отдам свое тело легко. Я не такая девушка.

Но вот я таяла в объятиях Вадима, пока он одной рукой держал мой подбородок, а другую упирал в стену и прижимался ко мне всем весом своего массивного тела.

Включая его твердый, пульсирующий и опасно горячий член.

Я была безумна внутри, моя киска пульсировала. Ничто и никто не разжигал мое нутро таким образом. Никакой мужчина. Никакая фантазия. Никакой вибратор. Это было безумие, но о-о-очень горячо.

Было легко сдаться его мастерству, и когда он наконец втолкнул свой язык внутрь, исследуя каждый дюйм моего рта, каждая мышца начала расслабляться. Я была с ним единым целым, наша страсть ревела как львы. И мне это нравилось.

Неправильно. Так неправильно.

Но какое мне было дело?

Я была так возбуждена, что моя киска пульсировала, мой разум был нечетким, а мой взгляд был достаточно размытым, чтобы звезды плавали перед глазами. Определенно было что-то в прекрасное, что мужчины постарше были экспертами в обращении со своими женщинами. О, послушайте мой взбешенный разум.

Он только что сказал мне, что я его пленница столько времени, сколько он посчитает нужным. Наконец-то у меня хватило наглости упереться в него ладонями, но неужели я действительно думала, что смогу оттолкнуть эту гору мускулов, которая отказывается меня отпускать?

Ни единого шанса.

Я была в его власти, и где-то в глубине души я была взволнована.

Когда он пососал мой язык, я еще больше возбудилась, бабочки запорхали в моем животе. Да, это была дикая и необузданная страсть.

И мне понравилось.

Что я говорила? Я был возбуждена сильнее, чем когда-либо в жизни.

Когда он наконец разорвал поцелуй, мы оба затаили дыхание. Он одним пальцем поднял мой подбородок, издавая животные звуки, пока изучал меня, прежде чем опустить голову и провести языком от одной стороны моей челюсти к другой.

Я не могла перестать дрожать, наконец осознав, что странный шум, который я слышала, был звуком моих сдавленных стонов. Мужчина уже превратил меня в кашу. Какой я буду через десять минут? Через час? Через день?

Он провел кончиком языка по моему уху, прикусив мочку. Не было сказано ни слова, не было дано ни одного обещания. Когда он отступил на шаг, я обнаружила, что тянусь к нему. Нуждаясь в нем.

Жаждала его.

Вокруг нас сверкали молнии, мое сердце колотилось. «Ненавижу грозы», — прошептала я, борясь со своими нервами по многим причинам.