«Тэннер, это может быть твой счастливый день. Скажи мне, о ком мы говорим, и я, возможно, оставлю тебя в живых».

Я никогда не видел такого напряженного взгляда на лице мужчины. Он был явно расстроен. Затем я был уверен, что парень сейчас начнет реветь. «Я не могу. Они убьют нас обоих!»

Беднягу трясло. Теперь я был мудаком, жестоким и беспощадным. Я должен был быть таким, иначе люди сочтут меня мягким, а мне это определенно не нужно, особенно сейчас. Однако использование члена семьи для шантажа было отвратительно даже по-моим меркам. Но Таннер должен был понять, что я не валяю дурака. Это не демократия.

«Пойдем со мной, Таннер. Я хочу тебе кое-что показать».

Он выглядел больным, держа его одной рукой, я вывел его наружу и направился к временной смотровой площадке, которая была установлена для равномерного распределения гравия. Когда мы поднимались по шаткой лестнице, я мог поклясться, что мужчина хныкал. «Расскажи мне о своем брате».

«Он хороший парень. Он действительно хороший. Он просто… Он подсел на наркотики и думал, что сможет заработать денег, будучи карточным шулером. Он понятия не имел, с какими мужчинами он якшается. Мой отец давно умыл руки и перестал иметь дело с Тимми, но я не могу позволить этому парню просто так выбросить свою жизнь. Понимаешь? Но жестокая любовь сложнее, чем я думал».

Это я могу подтвердить. Когда мы были наверху платформы, я подвел его к самому краю. «Ты проделал хорошую работу здесь и на другом участке. Я действительно ценю то, как ты справляешься с рабочей нагрузкой и сотрудниками. Однако, как ты можешь себе представить, я не тот человек или лидер, который может вынести, когда с ним играют. Видишь вон ту кучу гравия? Если я не ошибаюсь, это около трех, может быть, четырех тонн. Но тебе лучше знать.

Таннер все еще дрожал.

Когда я положил руку на рычаг, который должен был выгрузить либо часть, либо все, он начал реветь. «Пожалуйста, сэр. Клянусь Богом, я сделаю все, что вы хотите. Я просто… Я так боюсь за Тимми. Я сделал все, что мог. Я игнорировал их две недели».

«О ком мы говорим, Таннер?»

«Вы не понимаете, насколько они сильны».

Серьёзно? Чувак мне это говорил. Николай и Сергей оба начали смеяться.

«Хочешь, чтобы я его толкнул, Пахан?» — спросил Николай. «Или мне сначала сломать несколько костей, чтобы было гораздо больнее спускаться?» Он хрустнул костяшками пальцев, и я бросил на него тяжелый взгляд. Да, искусство запугивания тоже было необходимо, но, черт возьми, может, у меня всё же осталось немного человечности по сравнению с ними.

Отлично. Теперь я почувствовал запах мочи.

«Я честно думаю, что понимаю, Таннер. Ты удивишься, если дашь мне шанс», — ответил я. «Где сейчас твой брат?»

«Я заставил его прийти ко мне домой поздно ночью, но я его знаю. Он сбежит, когда сможет».

«Ну, моя последняя сделка, разовое предложение, заключается в том, что ты скажешь мне, кто стоит за этим требованием оплаты, и я позабочусь о том, чтобы твой брат исчез в очень хорошем месте, далеко от Нью-Йорка. Я дам ему достаточно стартового капитала, чтобы начать новую жизнь, но после этого он сам по себе. Однако ты собираешься продолжать делать то, что делал, предоставляя мне определенную информацию по мере необходимости. В противном случае, вся твоя тяжелая работа просто позволит тебе стать частью… Здания.”

Из-за ветра он так сильно дрожал, что мне пришлось его поддерживать, чтобы он случайно не упал.

«Решение за тобой, но у тебя есть пять секунд». Я взглянул на часы, борясь с отвращением. Это сделала чертова Коза Ностра. Я был уверен.

Таннер, похоже, не собирался сдаваться. Ну, думаю, сегодня был такой же хороший день, чтобы умереть, как и любой другой.

«Четыре. Три».

Я взглянул в его сторону. Глаза у него были закрыты.

«Два. Один».

«Армяне. Думаю это Армяне. Они владеют этим казино, и мой брат сначала устроился туда работать, а потом все пошло наперекосяк».

Я был более шокирован, чем хотел признать. Тот факт, что армяне также атаковали нас изнутри, вероятно, означало, что они объединили силы с гребаными итальянцами. Однако тот факт, что он не был уверен, означал, что в этой ситуации могло быть что-то большее. Часто, когда все казалось слишком простым и ясным, было связано с обманом. Мне приходилось держать это в глубине души.

Казалось бы, нужно быть осторожнее. Я убрал руку с рычага, хлопнув Таннера по спине. «Тебе нужно помнить, что я никогда не даю вторых шансов. Ты счастливчик. Используй свою новообретенную жизнь мудро».

Теперь он был моим.

***

«Вы богатый человек с солидным пенсионным фондом».

Я усмехнулся и взглянул на своего финансового консультанта. Он был экспертом в управлении капиталом и единственным человеком, с которым я хотел поговорить о своих активах. Он также был надежным, его семья консультировала мою семью по финансовым вопросам с тех пор, как мы приехали в Америку.

«Ну, это приятно слышать. Мне бы не хотелось, чтобы часть моих средств ускользнула. Я хочу уйти на пенсию в Бока-Ратон». Это была постоянная шутка, но он все равно всегда странно на меня смотрел. «Шучу, Джим. Шучу. Кстати, какова стоимость акций армянской корпорации по производству продуктов питания?»