— Есть отрыв, — доложил первый пилот. — Следую к выходу из порта. Огромный лайнер величественно поплыл в сторону шлюза и через минуту оказался в открытом космосе. Напротив выхода из шлюза уже ждали четыре патрульных крейсера, два фрегата и один линкор.

— Говорит командующий группой сопровождения, Сергей Антонов, — на экранах появилось изображение средних лет мужчины. — Приветствуем "Белуга", форсажный коридор готов.

— Капитан и экипаж корабля "Белуга", рады видеть вас, — ответил на приветствие Быков. — Как сегодня обстановка, Серёга? Сергея он знал со времён службы во флоте.

— Сегодня тихо, — ответил Сергей. — Думаю, обойдёмся без инцидентов.

Корабль тем временем занимал своё место в звене, и разворачивался в направлении границы Солнечной системы.

— Данные по форсажному коридору полученны, капитан — первый пилот обратился к капитану.

— Разрешите форсаж? — Разрешаю, по моей команде. Три, два, один — форсажное ускорение!

Пилот нажал на пульте управления кнопку форсажа, и семь кораблей одновременно запустив маршевые двигатели, направились к границе. Через четыре часа они достигли точки на окраине системы, здесь физика пространства позволяла совершить гиперпереход. Выйдя из ускорения, Быков связался с командующий группой.

— Я "Белуга", достиг точки прыжка. Благодарим вас за сопровождение. — произнес он.

— Незачто "Белуга". Удачи вам. — Ответил командующий.

Капитан Быков посмотрел на экраны, все системы работали нормально. Точка входа была точно по курсу, точка выхода находилась за 16 световых лет.

— Прыжок по готовности, — отдал приказ Быков. Первый пилот ещё раз сверился с навигационной системой, и тронул рычаг гиперперехода. В кормовой части корабля ожил огромный гипердвигатель, и корабль рванулся вперёд. Посмотрев на серое ничто гиперпространства, капитан произнес.

— Пора и нам спать. Он передал управление кораблем компьютеру, и направился к своей капсуле. Пилоты уже находились в криосне. Компьютер разбудит их за 4 часа до выхода корабля в реальное пространство. Ещё раз окинув взглядом рубку, капитан забрался в свою капсулу. Туба криокапсулы закрылась, жёлтый огонёк сменился на зелёный и капитан заснул.

Мария Давыдова сидела в пассажирском кресле челнока и ее одолевали тяжёлые думы. Она жалела, что не успела попрощаться с дочкой, увидеться с ней теперь можно будет лишь через семь с половиной месяцев. Но не только это омрачало ее. Все пассажирские места были заняты её коллегами, служащими станции связи. Начальство вызвало всех, даже тех, кто был в отпуске. И у всех на лицах была написана тревога и волнение. Никто не знал что произошло, но произошло что-то из ряда вон выходящее, и не факт что хорошее.

Последний раз такое было лет пять назад, когда пропал лайнер с Астерии. Он не вышел из гипера в заданное время, и группа что встречала, подняла тревогу. Тогда задействовали все возможные силы, искали сутки напролет. Вылетали за пределы системы, насколько это было возможно, и искали там. Миллионы энтузиастов и волонтеров просеяли систему вдоль и поперек, но так и не обнаружили даже следа лайнера. Их тогда тоже вызвали, они прощупывали пространство на пределе своих возможностей, но ничего не нашли. Через две недели поиски прекратили, и лайнер признали пропавшим без вести.

Сейчас было что-то похожее, только вот ближайший к нам корабль выйдет из гипера через четыре дня, а значит дело не в этом. Она попробовала поговорить с мужчиной в черном костюме и с угрюмым выражением лица, который их сопровождал. Он сказал лишь, что у него нет допуска к этой информации и что мы все скоро узнаем сами. Маша задумчиво уставилась в иллюминатор, там уже виднелась вдалеке их станция связи. Но что-то с ней было не то, на таком расстоянии невозможно было разглядеть. Подлетев ближе, она поняла, что не так. Рядом со станцией находилась ещё одна, обе станции были густо облепленные монтажными модулям, и их соединяли вместе. Челнок сел на платформу, и угрюмый мужчина сказал таким же угрюмым голосом.

— Прошу следовать за мной.

Через пару минут она, и все пассажиры челнока оказались в огромном, круглом зале. В этом зале обычно проводили различные собрания. Он был выполнен наподобие амфитеатра, в центре была небольшая платформа, присутствующие располагались от центра вверх. Маша бывала здесь раньше, обычно народу тут было немного, но сегодня зал был набит битком. Многих она узнала, это были работники станции, ее коллеги. Некоторые лица были знакомы и, она помнила лишь, что это были какие-то специалисты в области связи и обнаружения, большинство она видела впервые. Некоторым не хватило места, и они стояли в проходах. Зал гудел как потревоженный улей, никто не знал, зачем их собрали и догадки выдвигали одни нелепее других. Угрюмый мужчина проводил их на места и что-то сказал в невидимый микрофон. В центр зала вышел мужчина, Маша узнала в нем начальника станции.

— Здравствуйте уважаемые, — произнес он — я попрошу минуточку внимания, сейчас вам объяснят, зачем вас всех здесь собрали.

Поднявшись со своих мест, вышли в центр зала три человека. Одновременно с этим освещение погасло, и лишь площадка, а в центре была ярко освещена. Перед сидящими загорелись экраны, также экраны появились на стенах и потолке зала.

— Ого, это же министр обороны!! — прошептал кто-то рядом.

— А рядом Адмирал флота! — ответил другой шепот.

— Здравствуйте уважаемые дамы и господа, — заговорил мужчина в центре. — Я министр обороны Григорий Васильевич Жуков. Справа от меня Адмирал флота Николай Сергеевич Власов, слева — Глава департамента Разведки и Обнаружения Владислав Владимирович Нестеров. Мы приносим вам свои извинения за неудобства, но ситуация крайне важная и нестандартная. Все что вы сейчас узнаете, есть совершенно секретно, и находится под грифом "Государственная тайна". Поэтому не буду терять время, и передаю слово Владиславу Владимировичу.