И хотя я была рада за нее, все, что сделал для нее Харрисон, казалось мне пустой тратой его любви.

Во многом мама оказалась права. Решение Мари выйти замуж за Мака вызвало эффект ряби. Но я не могла винить Мари в том, что она последовала зову своего сердца.

Я также не могла винить Харрисона за то, что он поступил так, как подсказывало ему сердце. Он выстраивал жизнь, ориентируясь на Мари, надеясь, что, когда он наведет порядок в своей жизни, все произойдет само собой. Что-то подсказывало мне, что он признается на вечеринке, но мне придется рассказать ему об этом раньше.

Единственное, что помогало мне оставаться в здравом уме в такое хаотичное время, — это шоу, но даже тогда я обнаружила, что не полностью увлечена им. Мне было трудно сосредоточиться, хотя я снова и снова заучивала свои реплики и знала их так же хорошо, как собственное имя.

Кили Рай…

Кили Келли.

Кили Келли.

Кили Келли.

Да, попробуйте повторить это трижды скороговоркой.

Я застонала, и Мари посмотрела на меня.

Она спешила подготовиться к вечеринке, которую Харрисон устраивал у себя дома. Той, на которой настоял Кэш. Я все еще не рассказала ей о доме на Стейтен-Айленде, и поскольку Мари только что вывалила на меня новость о браке, у меня было совсем немного времени, чтобы рассказать об этом Харрисону. Я не могла позволить Мари и Маку появиться вместе и тем застать моего брата врасплох.

— Ки?

— Да?

Мари огляделась.

— Все упаковано. Остались только те вещи, которые тебе нужны.

Она помахала мне расческой.

Я кивнула.

— Рада, что все сделано. Не то чтобы у меня было много вещей.

Мари изучала меня некоторое время.

— Что происходит, Ки? Это из-за шоу?

Я сделала глубокий вдох и медленный выдох.

— Нет. Шоу замечательное. Просто так много перемен сразу.

Мари кивнула, но я видела, что она не поверила мне.

В дверь постучали, и она поспешила открыть.

— Мак, — произнесла я, когда он вошел следом за Мари.

Все, что Сьерра говорила о нем, было правдой. Но. Но она явно преуменьшала. Он был слишком красив, чтобы быть настоящим. Черные волосы. Загорелая кожа. Голубые глаза, холодные и очень умные. Острые черты лица. Мускулы во всех нужных местах. И если сила могла создать вокруг кого-то силовое поле, то она создала его вокруг Мака.

Он изучал меня с безразличием, но в то же время, казалось, убеждался, что я достаточно хороша, чтобы быть рядом с Мари.

Может быть, именно поэтому я не могла его ненавидеть.

Было что-то правильное в том, что они были вместе. И за все годы знакомства с ней я ни разу не слышала, чтобы кто-то называл ее полным именем. Марипоса. Потому что она никогда не позволяла им это делать. Казалось, она вся расцветала, когда Мак называл ее так.

Наконец, он кивнул мне и встал в дверях. Он был не слишком разговорчив.

Мари пронеслась мимо.

— Я быстро приму душ. Я ненадолго.

Я встала, вытерла руки о джинсы и направилась в свою спальню.

— Я приду немного раньше. Помогу с подготовкой.

— Подожди! — Мари остановила меня. — Куда мы идем? Ты никогда не говорила. К твоему дяде…

— Нет.

Я покачала головой, размышляя, стоит ли говорить ей, что вечеринка была на Стейтен-Айленде. Учитывая тот факт, что сначала мне нужно было разобраться со своим братом, я решила ничего ей не говорить. Если бы она знала, что сделал Харрисон, она могла бы вообще не пойти. Может быть, если Харрисон застанет Мари врасплох, она подумает о его чувствах без Мака рядом. Это был рискованный шаг, потому что я чувствовала, как сильно Мак и Мари заботились друг о друге, даже если их чувства развивались стремительно, но выстрел есть выстрел.

— Я дам Маку указания. А ты иди в душ, чтобы не опоздать.

— Я не задержусь! — повторила она, направляясь в ванную.

Мы с Маком еще мгновение смотрели друг на друга, прежде чем я прочистила горло. Когда я назвала адрес, он вскинул брови.

— Дом старика Джанелли, — произнес он.

— Точно, — я кивнула. — Вы знаете о нем?

— Да, — сказал он, и его голос был таким же, как и взгляд. Холодным. — Там, где выросла Марипоса.

— Мы были соседями. Так мы стали лучшими подругами, сестрами.

Он кивнул, но больше ничего не сказал. Может быть, Мари уже рассказала ему все это.

Собрав свою сумочку, я остановилась рядом с Маком.

— Слушай. У нас с тобой было не так много времени, чтобы побеседовать. Но я хочу сказать тебе одну вещь. Если ты обидишь Мари, я обижу тебя. Понимаешь?

— Твой брат влюблен в мою жену.

Он на секунду ошарашил меня, но я надеялась, что отыграла удачно. Силовое поле вокруг него могло сбить монашку с курса.

— Муж. Она еще не давала тебе никаких обещаний.