Значит поведу себя соответственно.

Я опустила руку под стринги и погладила складочки, легко скользя по их влажности. Волна удовольствия прокатилась по моему клитору, я раздвинула бёдра и потёрла ноющую точку. Звук моей влажности достиг моих ушей, что только усилило моё удовольствие. Я поднесла другую руку к груди и высвободила её из чашечки. Мой сосок встал торчком, твёрдый и покалывающий, и я ущипнула его за кончик, продолжая лениво обводить клитор.

Дверь распахнулась без предупреждения, и на пороге появился разъярённый Роман.

Я приподнялась на локтях, моё сердце бешено заколотилось при виде его вздымающейся груди и сжатых кулаков.

— Ты хотела моего внимания, душенька, — прорычал он. Его руки легли на пояс, когда он направился ко мне. — Что ж, у тебя определённо оно есть.

Глава 7

Роман

Её глаза расширились, когда я расстегнул ремень, и в тишине комнаты раздался громкий скрежет кожи.

Хорошо. Она должна была бояться. Это было необходимо.

Но в её глазах также была похоть.

Чёрт возьми, она была воплощением вожделения. Её изящное тело раскинулось на кровати, бледная кожа сияла в лунном свете. Одна обнажённая пухлая грудь возвышалась над кружевной чашечкой, розовый сосок торчал, как маленькое копьё. Румянец желания окрасил её щеки и растёкся по шее. Она всё ещё держала руку между своих шелковистых бёдер, которые были широко раздвинуты в распутном жесте.

— Ты испытываешь моё терпение, Катя, — сказал я, сжимая ремень в кулаке и направляясь к кровати. Мой контроль висел на волоске.

Её дыхание участилось, когда она проследила за моими движениями. Но она продолжала тереть своё лоно.

— Не больше, чем ты пытаешься сделать это с моим. Ты отказываешься меня слушать. Ты хочешь заставить меня выйти замуж за незнакомца!

— Потому что так ты будешь в безопасности.

— Ты в это не веришь. — Она стала ласкать себя быстрее.

— Прекрати, — проскрежетал я, влажные звуки её желания доводили меня почти до безумия.

Она со вздохом откинулась назад и подтянула колени, позволив мне увидеть её киску, разделённую надвое влажной полоской кружева. Она была обнажена, её половые губки были гладкими и блестящими.

Я полоснул ремнем по матрасу.

— Я сказал тебе остановиться.

— Почему? — выдохнула она. — Потому что ты хочешь меня для себя?

— Не хочу.

— Лжец. — Она отодвинула ткань в сторону, обнажая передо мной всё — от своего набухшего клитора до сморщенного розового ануса.

— Ты… — я сделал глубокий вдох, сжав ремень в кулаке с такой силой, что кожа врезалась в кожу. — Ты не понимаешь, что делаешь.

Что значит соблазнить такого мужчину, как я.

Она уставилась на меня глазами, полными вожделения.

— Знаешь, что я думаю, Роман?

Пьянящий аромат её желания окутал меня, обволакивая всё сильнее и сильнее, пока я не стиснул зубы.

— Что?

— Я думаю, ты боишься.

Я схватил её за бёдра и перевернул на живот. Зарычав, как зверь, я сорвал стринги с её бёдер и с громким щелчком опустил ремень на её задницу.

Она резко втянула воздух и вцепилась руками в простыню. Даже в затемнённой комнате была видна красная полоска на её дрожащей попке.

— Скажи мне «нет», — приказал я, ударив её ещё раз с громким щелчком. Мой член заныл, и от его кончика намокли мои боксеры.

Она с вызовом оглянулась через плечо.

— Да.

Я снова взмахнул рукой, и она вскрикнула.

— Неправильный ответ, милая. Ты понятия не имеешь, о чём просишь.

— Да, понимаю.

Я ударил её снова, тёмный и извивающийся зверь внутри меня затрепетал от того, как на её ягодицах проступил узор.

— Скажи мне «нет», — прохрипел я, и мой голос был как гравий. Мой член превратился в железный шип, яйца отяжелели и набухли. Для неё.

— Да!

— Будь ты проклята! — я нанёс ей ещё один удар. Затем ещё один.

Екатерина вцепилась в постель, явно изо всех сил стараясь не вывернуться.

— Да! О Боже! — она взвизгнула, когда я ударил снова. Её задница, должно быть, горела огнём, но она оставалась на месте, её дыхание переходило в тихие всхлипывания.

— Ты этого не хочешь! Скажи «нет», и всё закончится.

Она поднялась на четвереньки и посмотрела на меня через плечо. Её нижняя губа была в крови — она прикусила её, чтобы не закричать. На висках выступил пот.