– Здравствуйте, товарищи!
– произнес Юрий Михайлович, по очереди пожимая руки вошедшим.
– Прошу, присаживайтесь!

– Как слетали, Юрий Михайлович?
– поинтересовался Никонов, отодвигая стул.
– Нас еще не разгоняют?

– Напротив, Витя, напротив, - усмехнулся Ершов.
– Не торопись, сейчас все расскажу!

Дождавшись, пока Клейн устроится за столом, Ершов уселся в свое кресло, и несколько раз моргнул, чтобы сосредоточиться. В этот момент дверь кабинета открылась и вошла секретарша Ершова, стройная молодая женщина в белой блузке и черной юбке, несущая поднос, на котором стояли чашки кофе, сахарница и вазочки с конфетами и печеньем.

– Спасибо, Леночка!
– поблагодарил секретаршу Ершов, приняв из ее рук чашку и сделав первый, самый вкусный глоток ароматного кофе.

Выждав, пока секретарша закончит расставлять на столе содержимое подноса и удалится, Ершов вновь посмотрел на своих подчиненных.

– Значит, так, товарищи, сегодня утром я был на приеме у Самого, - начал Юрий Михайлович, кивком головы указав на портрет, висевший у него за спиной.
– В общем, президент санкционировал операцию по заброске.

– Нам наконец-то разрешили запуск установки?
– Клейн азартно приподнялся в кресле и, казалось, помолодел на добрый десяток лет.
– Ну наконец-то! Я уж боялся, что не доживу до этого дня!

– Доживете, Исаак Маркович, куда вы денетесь!
– рассмеялся Ершов.
– Скажите, сколько времени вам понадобится, чтобы подготовить установку?

– За неделю мы проверим установку и гарантированно устраним неисправности, буде такие обнаружатся. Но!
– Клейн выразительно поднял палец вверх, подчеркивая важность своих следующих слов.
– Юрий Михайлович, я хочу вам напомнить, что, согласно утвержденному вами же регламенту, агент перед заброской должен быть на две недели помещен в карантин!

– Я помню, Исаак Маркович, - кивнул Ершов.
– И даже не собираюсь с вами спорить!
– Не хватало еще притащить в прошлое какую-нибудь заразу! Теперь ты, Витя. Завтра утром предоставишь мне список кандидатов на отправку. Одного основного и двух-трех запасных.

– Могу прямо сейчас, Юрий Михайлович, - ответил Никонов.
– Мы составили рейтинг всех курсантов на основе их персональных показателей и обновляем его каждую неделю. Могу с уверенностью сказать, что первые пять кандидатов абсолютно готовы к отправке.

– Не торопись, Витя, - наставительно произнес Ершов.
– Еще раз проанализируй все кандидатуры, завтра утром мне доложишь.

– Есть!
– кивнул Никонов.

– Хорошо. Что с материальным обеспечением?
– поинтересовался Ершов.

– Все готово, - уверенно ответил Никонов.
– Санкт-Петербургский монетный двор по нашему заказу изготовил небольшую партию советских банкнот и монет разных лет, общей суммой в пять тысяч тогдашних рублей. Для пяти вышеупомянутых кандидатов подготовлены одежда и вещи первой необходимости согласно их личным предпочтениям. Все изготовлено максимально аутентично эпохе.

– Личное оружие подобрали?
– уточнил Ершов.

– Так точно!
– подтвердил Никонов.
– Двое предпочли пистолеты «Walther PP», еще двое - «Браунинги» образца тысяча девятьсот десятого года, одному по руке пришелся «Кольт» тысяча девятьсот восьмого года. Все пистолеты подобраны в двух экземплярах и тщательно приведены в порядок нашими спецами. Патроны, конечно, пришлось брать современные…

– Это не страшно, - отмахнулся Ершов.
– Дополнительное оборудование?

– Два ноутбука с ударопрочными корпусами подготовлены к отправке, плюс еще один запасной, - доложил Никонов.
– На всех трех одинаковый пакет информации. Матричный принтер с большим запасом картриджей…

– Почему матричный?
– удивился Ершов.
– Это же старье!

– Мы сперва хотели взять лазерный принтер, но наши техники посоветовали матричный, - ответил Никонов.
– Он крайне надежен, и может работать без перерыва сутки напролет. А тексты и чертежи на нем можно печатать не хуже, чем на лазерном принтере.

– Что ж, пусть будет матричный, - согласился Ершов.
– Книги, карты?

– Все готово, - подтвердил Никонов.

– Отлично, - кивнул Ершов.
– В таком случае, на сегодня все. Исаак Маркович, готовьте установку, Витя, завтра утром жду тебя с докладом по кандидатам. На сегодня все свободны!

Клейн и Никонов покинули кабинет, а Юрий Михайлович откинулся на спинку кресла и довольно улыбнулся. Дело, над которым он, полковник Ершов, работал более пяти лет, а Исаак Маркович Клейн - так и все сорок, подходило к своему завершению…

…История проекта «Хронос» берет свое начало в семидесятых годах прошлого века, когда сорокатрехлетний Исаак Маркович Клейн в процессе написания докторской диссертации открыл возможность создания пространственно-временного пробоя. Открытие Клейна было настолько необычным, что им незамедлительно заинтересовались в КГБ. В результате диссертацию Исаак Маркович защищал в закрытом режиме, а все результаты его исследований были засекречены.