– Да, согласен. Но есть и другие аспекты в исследовании. Пусть мы и не можем узнать предысторию возникновения, но у нас есть итог.

– Хорошо, надо взять еще образцов, пока еще есть время.

– Много не получится, - расстроено сказал Баранов, - осталось всего два дня. Анемия Андрею не нужна.

– Ой, не думаю, что с ним что-то случится. С его регенерацией.

Ладно, вы считаете меня бессмертным, но я так не считаю. Надо бы постараться уменьшить сдачу «материала». Выжмут досуха и не заметят.

Но вернемся к «W231». Теперь мне стало понятно, почему меня тогда вштырило. Как я тогда не помер от передоза? Видимо, я намешал столько в организме химии, что она свела все действие на ноль. При этом, организм смог развиться, сделать качественный скачек. Регенерация – только одна из полученных плюшек.

– Случится, - вступил в спор профессор, - сила регенерации Андрея не изучена. И судить, насколько она сильна, нет возможности. Поэтому переходим дальше. После того, как я ввел в его кровь «бурый», он очнулся. После исследования, я, как и другие, не обнаружили побочных эффектов. Если не считать его… положительных качеств.

– Не могу не согласиться, - ассистентка выступила с одобрением, - главный побочный эффект от использования «бурого» - это возникновение зависимости. Кстати, как и у «зеленого».

– Плохо, - разочарованно отвечал профессор, - такой великолепный препарат и такой побочный эффект.

– Ломка тоже у них высокая. Но у Андрея ее нет.

– Ладно, будем над этим думать. Но продолжим, в ходе дальнейших исследований мы тоже с вами получили заслуживающие внимания результаты.

– При проведении КТ и МРТ мы смогли достаточно изучить работу органов, но… еще и по этой причине я считаю его монстром. Прямо в процессе исследования менялись их возможности.

– Да, особенно мозг. Его нейроны – что-то удивительное.

– Точно, я вспомнила, - воскликнула Елизавета Васильевна, - один из возможных побочных эффектов «W231» - ослабление связи нейронов. Именно из-за этого и идет замедление сознания.

– Но это не объясняет, почему все потом приходит в норму.

– Приспособляемость. Но, у Андрея в спокойном состоянии как раз наблюдается ослабление связи между нейронами. Причем, достаточно большая. Примерно до десяти процентов. У других до трех, максимум до четырех. Но…

– У него все в норме. Только, потом мы с вами наблюдали обратный процесс. Когда связь между нейронами возрастала. Причем от значения нормы, не ослабления. До двухсот процентов. Я боюсь представить, что он тогда может.

– И это еще и проявляется. Его глаза краснеют. Точнее – его радужная оболочка. Не сильно, что удивительно. Гетерохромия?

– Нет, от «бурого» могут краснеть глаза. Поэтому это даже лучше. Индикатор.

Чем дальше в голову, тем больше тараканы. И злее. Я, конечно, наблюдал, что с мной происходят изменения. То ускорение восприятия, то замедление времени. Но не связывал это с мозгом. А зря. Полезно.

– Дальше, мы провели еще один эксперимент…

– Точно, я так и не спросил, - Баранов прервал рассказ своей ассистентки, - что вы тогда использовали?

– Зачем перебиваете, - обиделась Елизавета Васильевна, - я бы все рассказала. Итак, вернемся к рассказу. В процессе мы вводили различные препараты. Про «W231» вы точно в курсе. Результат – полное игнорирование. Максимум легкая сонливость. И это на сильнейший препарат в линейке. Получаем, что организм выработал иммунитет к препарату. Уникальный случай.

– И нет ничего, за что можно зацепится. Но не суть, продолжайте.

– Далее мы проверили как отреагирует Андрей на самые обычные препараты. Никакой видимой реакции не последовало. Это хорошо. Значит, организм будет принимать лечение. Вот только нужно ли оно?

– Не отвлекайтесь, вопрос неуместен.

– Хорошо, - продолжила собеседница, - но, есть некоторый фактор… при проведении одно из опытов, в организм был введен системный яд по формуле «мгновенная смерть». все, конечно было под контролем, подготовлен антидот. Но, в результате, получилось неожиданное.

– При введении в организм яда, в течении секунд тридцати должен произойти паралич сердца, но его не было. Вместо этого, организм Андрея начал активное сопротивление. Резкий спазм мышц, уменьшение тока крови в венах, в общем все для предотвращения распространения по кровотоку. При этом, были сильные болевые ощущения, как сигнал к действию для мозга.

– После чего, мы смогли наблюдать, когда идет улучшение проводимости тканей мозга. И покраснение в глазах.

– И четкие действия в критической ситуации. Возможное увеличение физической силы. Но тут не доказуемо.