Ответил не сразу. В данном случае спорить сложно. Напряжения между молодыми, на первый взгляд, не чувствовалось. Но выходка бывшей, действительно, могла создать проблему, и достаточно серьезную. Удивительно, что ребята сумели быстро восстановить доверие друг к другу.

— Она — мать, — тем не менее прозвучало вслух. — Даже преступница остаётся матерью. И имеет полное право рассчитывать на внимание со стороны своего ребенка. Элементарное внимание, Дима. Хотя бы пару часов встречи. Тем более — в Новогодние дни. Просто заехать, поговорить.

— Правда? — Дмитрий задержал на отце полный удивления взгляд. — А напомнить, кто пару лет назад, ну, может чуть больше, точно сейчас не скажу, посылал ко всем чертям всех и вся, когда самого увещевали не пороть горячку и вспомнить о матери? — полюбопытствовал он, не сводя с отца внимательного взгляда. — Пап, твоими словами сейчас скажу: давай со своей жизнью я как-нибудь сам буду разбираться.

— Дима, потом ведь, случись что, самого себя не простишь, — остановил Константинов сына, когда тот собирался вернуться в комнату, в надежде прекратить не слишком приятный разговор. — Да, несколько лет назад у меня был конфликт с матерью, — не стал отрицать очевидного. — Только когда дверь открыла твоя Лада, земля под ногами качнулась. Боялся, что худшее случилось. А там еще и твоя мать вышла, совсем полный…

Помнил то свое предновогоднее появление в Новгороде. Действительно, вся жизнь перед глазами пронеслась с момента, как дверь открыло очаровательное создание и до слов Ленки, что Мария Павловна руководит накрытием новогоднего стола.

— Я от матери не отказываюсь, — заверил Дмитрий, с долей недоумения посмотрев на отца. Кто-то из них кого-то определенно недопонимал сейчас. — Но тебе не кажется, что она слишком много на себя берет? Ты себе как представляешь наше с ней общение? Я Ладе, что должен сказать: я очень тебя люблю, но, прости, посиди в отеле, пока к матери загляну? — продолжал он задавать вопросы, кажется не особо стремясь получить на те ответы. — Повторяю, я чуть жену из-за неё не потерял. Причем и в прямом, и в переносном смысле. Ты не видел, в каком она состоянии в клинику приехала. Хорошо, что в клинику. Мать могла ей всю жизнь переломать. И предлагаешь проглотить это? Извини, не получается. По крайней мере — пока.

Где-то с отцом и соглашался. Только вот сейчас, (по крайней мере, как считал сам), не стоило затрагивать данный вопрос. С другой стороны, если Елена Викторовна начала названивать, то отца в целом — понимал. Вряд ли тот, строя планы со своей Ритой, вписывал в те звонки от бывшей. Даже если те будут касаться сына. Взрослого сына. Сложно, если вообще — возможно, объяснить их любимой женщине.

— Кто тебе не дает поехать с Ладой? — поинтересовался Константинов, хотя вряд ли не понимал, что до него пытался донести сын. — У тебя умная, прекрасно всё понимающая, взрослая девочка. И, поверь, в обиду себя не даст.

Противостояние матери и сына существовало всегда. А вот с того момента, как Димка женился по собственному выбору, вошло, кажется, в решительную, финальную стадию.

— Лишней себя там чувствовать я ей не позволю, — и голос Димки прозвучал решительно. — И давай на этом остановимся. У нашей уважаемой Елены Викторовны, поверь, всё в полном порядке: муж, дети. Причем, мечты, кажется, начинают сбываться. Старший по линии IT поступил, престижно сейчас. Мне уже раз так дцать дали понять, что даже рядом не стоим. Младшая тоже надежды серьезные подает. Правда характер там материн. Но время что-то слепить, еще есть. Так что…

— Хорошо, давай остановимся, — уступил Константинов, жестко закончив, — Но матери позвони. Просто позвони, Дима. Сегодня, — добавил он, первым выходя из кухни. — А еще лучше — съезди.

А вот когда в квартире появилась Лада, мужчины не поняли. Либо так громко разговаривали, что не слышали звука открывающейся двери, либо очаровательное дарование просочилось сквозь стены. Так или иначе, а молодая женщина застыла в удивлении на пороге кухни.

— Алексей Петрович? — вот обращалась она к нему с самого первого дня их знакомства, исключительно по имени отчеству. — Что-то случилось? С Никитой…

— С Никитой пока без перемен, но есть надежда, что в начале весны будет дома, — заверил Алексей, выходя из кухни и, направляясь в сторону входной двери, на ходу продолжая, — У нас тут Дмитрий Алексеевич немного чудит. С моментом одним надо было разобраться. А так — всё в полном порядке.

Он всегда обращался к сыну по имени отчеству, когда считал, что тот проштрафился. Димка, закрывшись за отцом, остановился на пороге комнаты. Взгляд Лады не нравился. Обсуждать состоявшийся с отцом разговор не планировал. Но и оставлять вопрос с появлением старшего Константинова в их квартире прямиком с самолета, открытым не безопасно.

— Дима, я не хочу знать, что у вас тут произошло и почему. Но, пожалуйста, сделай так, чтобы у отца сейчас хотя бы относительно тебя голова не болела, — попросила она прежде, чем «спрятаться» в ванной.

Полный разнос и требование максимально откровенного разговора — откладывались. Димка перевел дух. Хотя и не был уверен, что вопрос не будет поднят в ближайшее время. Но к тому времени надеялся не просто как следует обдумать всё сказанное отцом, но и, по возможности, максимально выправить ситуацию. Правда, с визитом… Вот тут проблема была почти не решаема…