— Так мы же не только с Германией, мы со всей Европой воюем!

— Пять стран. Всего пять стран официально не участвовали в «крестовом походе против коммунизма», — охотно подхватил её слова пожилой мужчина откровенно «учительского» вида, в круглых очках и с «калининской» бородкой. — Болгария, Испания, Португалия, Швеция и Швейцария. Да и то…

— Как это не участвовали? — возмутился старший лейтенант с погонами лётчика. — Если я сам сбил истребитель, которым управлял болгарский лётчик! А испанская «Голубая дивизия» на Ленинградском направлении?

— Так я же говорю: официально не участвовали. А добровольно во всевозможные легионы шли отовсюду. Даже болгары, про которых вы рассказываете, хотя Болгария нам ни войну не объявляла, ни войска на фронт не отправляла, ни оружия фашистами или их союзникам не поставляла. Да и «Голубая дивизия» по документам числится как добровольческая, сформированная вовсе не испанскими властями. Из тех, кто в их Гражданской войне против республиканцев не навоевался.

Да что там спорить? Помнил Андрей по витринам с шевронами, например, шведский добровольческий батальон, воевавший под Ленинградом. Помнил из другой истории, что каждый третий немецкий снаряд или бомба были отлиты из шведской руды, четыре из десяти тонн стали, шедшей на производство танков и артиллерийских орудий — из неё же. И то, что шведский флот охраняет немецкие суда, везущие эту руду, от советских подводных лодок, знает. Через шведскую железную дорогу оружие, войска, боевая техника доставляются в Норвегию и Финляндию. Их правительство разрешило кадровым военным брать отпуска для участия в войне против СССР, а больше тысячи шведов оказались в составе войск СС.

Швейцарцы и португальцы? Были они в советском плену наряду с всевозможными абиссинцами, сирийцами, бразильцами и… англичанами и американцами. Именно как захваченные на поле боя солдаты из подразделений противника. Да и как их не быть, если, например, членами «Британского союза фашистов» в 1934 году числилось 500 000 англичан. Полмиллиона! Из них не менее 1100 человек записались в «Британский добровольческий корпус» СС. Из подданных Британской короны немцы сформировали ещё два корпуса — «Свободная Арабия» численностью в 20 тысяч «штыков» и «Свободная Индия» численностью 3000 человек. Не менее восьми англичан участвовало в обороне Рейхстага.

Да что там говорить? Человеку из двадцать первого века достаточно посмотреть список национальных подразделений войск СС. В 7-й горнопехотной дивизии «Принц Евгений» воевали фольксдойче Хорватии, Сербии, Венгрии и Румынии. В 11-й моторизованной дивизии «Нордланд» — шведы и норвежцы. В 13-й горнопехотной дивизии «Ханджар» и 23-й горнопехотной дивизии «Кама» — хорваты. В 14-й пехотной дивизии «Галичина» — западные украинцы. В 15-й и 19-й пехотных дивизиях — латыши. В 18-й моторизованной дивизии «Хорст Вессель» и 22-й кавалерийской дивизим «Мария Терезия» — венгерские фольксдойче. В 20-й пехотной дивизия — эстонцы. В 21-й горнопехотной дивизии «Скандербег» — албанцы. В 23-й моторизованной дивизии «Недерланд» и 34-й пехотной дивизии «Ландсторм Недерланд» — голландцы. В 24-й горнопехотной дивизии «Карстъегер» — в основном итальянцы, а также словаки, украинцы, сербы и хорваты. В 25-й пехотной дивизии «Хуньяди», 26-й пехотной дивизии и 33-й кавалерийской дивизии — венгры. В 27-й пехотной дивизии «Лангемарк» — фламандцы. В 28-й пехотной дивизии «Валлония» — бельгийские валлонцы. В 29-й пехотной дивизии «Италия» — итальянцы. В 33-й пехотной дивизии «Шарлемань» — французы. И это — только дивизии СС, среди которых не упомянуты, увы, сформированные из граждан СССР «до 1939 года».

Но были ещё и бригады, по тем или иным причинам не достигшие численности дивизии — латышская, эстонская, валлонская, фламандская, голландские, французская, итальянская, болгарская. Румынские и эстонский полки, финский и уже упоминавшийся шведский батальоны, а потом шведская рота, чешская рота. Имелись американский, два датских, сербский и уже упоминавшийся британский корпус. Причём, все национальные эсэсовские подразделения формировались по контрактному принципу из добровольцев.

В советское время пропаганда акцентировала внимание только на просоветски настроенных польских вооружённых формированиях, да иногда упоминала об «Армии Крайовой». Но «из соображений пролетарского интернационализма» совершенно замалчивала существование польской «Бригады Святого Креста», численностью в 4000 бойцов, диверсионного «Легион Белого орла», численностью 700 человек и спецподразделения «Ягдайнзатц Полен», входившего в состав «Истребительного соединения СС Восток». По документам советской военной разведки, в сентябре-ноябре 1941 года в 267-й пехотной дивизии поляки составляли — 70% личного состава, в 1942 году в 96-й немецкой дивизии — 45 %, в 11-й пехотной дивизии (вместе с чехами) — 30 %, в 57-й дивизии вермахта — 30 %, в 110-й немецкой дивизии — 12 %. Только на Западном фронте в составе немецкой армии воевало 315 000 поляков.

Да что там говорить про поляков, если из 290 тысяч жителей такой «великой державы», как Люксембург, в немецкой армии несли службу 12 000 граждан герцогства, 3000 из которых погибли, 1500 пропали без вести, а 1 652 человека оказалось в советском плену. И разве не права жена Андрея Мокшанцева, говоря, что против Советского Союза воюет вся Европа?

3

Чрезвычайный пленум ЦК партии произвёл на Кирилла Михайловича Симонова впечатление, описываемое единственным подходящим для этого словом — потрясение.

Да, да. Именно Кирилла, поскольку имя Константин он взял себе в качестве литературного псевдонима из-за дефекта дикции: ну, не получается у него произносить звук «р» и твёрдое «л». На творчество это никак не влияет, а вот при представлении в качестве военного корреспондента (со времени боёв на реке Халхин-Гол) — очень даже плохо выглядит. Ну, разве кто-то станет всерьёз воспринимать собеседника, не способного правильно произнести собственное имя? В общем, как бы то ни было, а новое имя не просто прижилось, а стало очень узнаваемым. Пусть даже мать Симонова категорически отказалась его признавать, продолжая звать сына Кирюшей.

Откровенно говоря, не видать бы военкору, не являющемуся ни членом, ни кандидатом в члены ЦК, этого пленума, как своих ушей, не окажись старший батальонный комиссар Симонов единственным «именитым» фронтовым корреспондентом «Красной звезды», находящимся на момент подачи заявок на освещение партийного мероприятия в Москве. А поскольку после недавнего выхода поэтического сборника «С тобой и без тебя» его слава гремела по всему Советскому Союзу, то вопросов по присутствию на пленуме именно этого представителя газеты не возникло.