Его задержал телефонный звонок от лейтенанта полиции, который хотел переговорить с ним. Джей Ар согласился прийти в полицейский участок в четыре часа пополудни, хотя еще не знал, что им скажет.

Во время службы он оставался в задней части церкви, а потом отошел в сторону, когда люди стали медленно выходить. Он заметил Джеффа, который шел по центральному проходу на шаг впереди своей матери, держась за руку с Лили.

Лицо Джеффа казалось безучастным, но его щеки покраснели и были мокрыми от слез, так что Джей Ар понял, что тот понемногу приходит в себя. Когда Джефф увидел Джей Ар, его рот дрогнул в напряженной и болезненной пародии на улыбку, и он повел Лили за скамьи к психологу.

– Моя бабушка забронировала пару мест в самолете до Стоктона на завтра, - тихо сказал Джефф.
– Мы поедем туда с ней на некоторое время. Переедем туда, я думаю.

Джей Ар кивнул.

– Наверное, это будет тебе на пользу.

Лили придвинулась ближе к Джеффу, и он обнял ее за талию.

– Я бы хотел оставаться на связи, - сказал он.

– Мы так и сделаем, Джефф. Я скоро тоже поеду на север. Может быть, мы сможем встретиться.

– Конечно. Я...
– Джефф оглядел медленно проходящих мимо людей, склонивших головы под негромкую органную музыку.
– Я хотел поблагодарить вас за... за все, что вы сделали.

– Мне жаль, что я не смог сделать больше.

– Вы сделали все, что могли.

– И ты тоже, Джефф. Никогда не забывай об этом.

Глаза Джеффа затуманились, и он нахмурился, ерзая; он не выглядел убежденным.

– Ты был близок к ней, как никто другой, Джефф, - прошептал Джей Ар, подойдя к нему ближе.
– Если ты не мог ей помочь... то никто не мог. Она была просто недосягаема.

Джефф поджал губы и жестко кивнул.

– Что ж, спасибо еще раз, - сказал он, его голос был неуверенным.
– Берегите себя.

Когда Джефф повел Лили дальше, та повернулась к Джей Ар и произнесла:

– До свиданья.

Джей Ар еще несколько минут слушал органную музыку, думая о том, что Мэллори, наверное, ненавидела бы ее.

– Надо было поставить Twisted Sister, - пробормотал он и направился к боковому выходу...

– Полиция хочет поговорить со мной сегодня днем, - сказал Джей Ар, придвигая стул к кровати Фэй.

"Что ты им скажешь?" - написала она.

– Не знаю. Они спросят, почему я находился там, откуда я знал о том, что должно произойти.
– Брубейкер вызвал немалый переполох своим маленьким заявлением. Возможно, они добрались бы до меня раньше, но я был очень немногословен.

"Ты не знал, ты подозревал. Ты был там, потому что боялся за детей. Рассказывай им только то, что совершенно необходимо."

– А если я расскажу им все?

"Я буду навещать тебя по выходным в перерывах между групповой терапией и плетением корзин".

Джей Ар хихикнул.

"Что собираешься делать после всего этого?"

– Перееду обратно на север. Искать работу. Не знаю, какую, но... А ты, что ты будешь делать?

"Выздоравливать и возвращаться на работу".

– В Вэлли?

"Куда же еще? Наверняка ты не планируешь менять профессию".

– Я не раз думал об этом в последние несколько дней.

"Почему? Слишком много для тебя? Ты хочешь сесть за компьютерный терминал в каком-нибудь офисе и притвориться, что этого не было и нет?"

Джей Ар отложил блокнот и потер лицо ладонями. Его тело болело от усталости, и ему было неудобно в костюме, который он надел в церковь.

– Не знаю, - вздохнул он.
– В чем разница?

"В Джеффе Карре, например. И других, кто покинул то здание. Если бы ты не сделал то, что сделал, мы бы их потеряли".

Он встал и подошел к окну, выходившему на парковку тремя этажами ниже. Распахнул его, и мягкий ветерок о чем-то зашептал психологу в щеку.

Длинная вереница машин медленно огибала угол перед больницей, фары тускло светили в полуденной пасмурной погоде, а во главе процессии находился блестящий черный катафалк.

Четверо маленьких детей, игравших на тротуаре, остановились и с любопытством смотрели вслед проезжавшим автомобилям.

К детям подошла высокая фигура в черных брюках и рубашке серо-синего цвета. У человека были длинные волосы платинового цвета.

Острая как бритва ледяная игла пронзила центр тела Джей Ар, и он прижал руки к прохладному стеклу, задыхаясь:

– Нет, Господи, нет!
– Его слова появились в виде туманной кляксы на стекле перед лицом, а затем медленно исчезли.

Дети повернулись, улыбнулись и кивнули, когда человек заговорил с ними.

От холодного пота костюм Джей Ар вдруг стал похож на пищевую пленку, прилипшую к коже, и он хотел закричать, хотел разбить стекло, высунуться и крикнуть детям, чтобы они бежали как можно быстрее, но фигура повернулась так, что он смог увидеть ее в профиль, и психолог заметил изгиб груди, блеск значка...