– Что... происходит, Мэл? Что... это за дрянь?

– Просто трава. Ну, может быть, с небольшими добавками. Ничего особенного.
– Она выдернула косяк из его руки.
– Хочешь пить?

Его язык был похож на кусок вяленой говядины, и он кивнул.

Мэллори поспешила прочь, оставив его смотреть на желтоватую темноту над головой. Казалось, она клубится и смещается, то отдаляясь, то прижимаясь к нему, и он с любопытством и забавой наблюдал, улыбаясь от искушения протянуть руку и попытаться дотронуться до нее. Нечто смотрело на него с края бассейна золотистыми глазами и черными когтями, которые скребли по цементу, когда оно пятилось назад.

Когда Мэллори вернулась, в одной руке она держала две бутылки "Миллера", а в другой - фонарь. Свитера на ней не было, она была одета в сухую белую футболку, которая прижималась к ее еще влажным грудям; между ними покоился ее Крестопор. В свете фонаря Джефф разглядел сквозь тонкую ткань темные круги ее твердых, влажных сосков. Она опустила фонарь, сняла крышку с пива и протянула ему.

После того как они сделали по хорошему глотку, Мэллори легла рядом с ним и снова закурила косяк. Она положила руку ему на грудь и стала перебирать пальцами пуговицу на его рубашке.

– Теперь мы одни, Джеффи, - прошептала она.
– Отец знал достаточно, чтобы уйти два года назад.
– Она расстегнула пуговицу и провела пальцем по его груди под рубашкой.
– Теперь мы знаем, почему...
– Расстегнув еще одну пуговицу, она просунула руку под рубашку и погладила его мягкими, медленными кругами.
– ...мы останемся здесь?

Джефф закрыл глаза и вздохнул, когда расстегнулась еще одна пуговица и еще одна, а ее рука переместилась на его живот, понемногу вытаскивая рубашку из брюк и просовывая пальцы под ремень.

– Ты хочешь остаться с ней?

Губы Мэллори коснулись его уха, и он вздрогнул, ощутив прикосновение всем телом.

– Зная, что она делает? Как она лжет?

Джефф открыл глаза, когда она прикоснулась к его губам косяком; он покачал головой.

– Ну же, - вздохнула она.
– Еще немного.

Джефф затянулся.

Ее пальцы скользнули по волоскам под его брюками.

– О чем еще она нам лгала, Джефф?

Он покачал головой, начал было говорить: "Она не лгала", но не смог этого произнести, потому что не верил в это и потому что не мог перевести дыхание.

– Как ты думаешь, насколько ей не все равно, - продолжала она, дуновение от ее голоса бархатисто мягко касалось его шеи, - когда вся ее жизнь - все– было ложью?

Он слегка выгнул спину, когда ее пальцы коснулись его эрегированного члена; попытался думать, попытался собрать слова воедино в своей голове...

"Может быть... может быть, она... делала... все, что могла..."

Но мысль пришла без всякой уверенности, только с усилием.

Мэллори перекинула одну ногу через его ногу, вытянула руку и провела ею по выпуклости на его джинсах.

– Мейс был прав, - хихикнула она, сжимая руку.
– Правда?
– Она игриво облокотилась на его бедра и положила руки на плечи, наклонившись к его лицу. Крестопор качался над ним, как маятник.
– Разве не так?

– Откуда... он мог знать?

С горловым смехом она потянулась за косяком, сделала затяжку, накрыла его рот своим и осторожно раздвинула его губы языком, а затем выпустила дым ему в рот.

– Он не человек, - прошептала она.
– Я не знаю, кто он, но он не один из нас. Он... лучше. Что-то большее и могущественное. Он знает все... он может делать разные вещи... и он пришел за нами, Джефф.

Даже когда он затягивался, тихий, далекий голос подсказывал ему, что этого делать не следует. Когда Мэллори наклонилась вперед, ее таз прижался к его тазу, ее груди слегка коснулись его груди, а Крестопор, прохладный и тяжелый, упал на его горло.

– Ты ведь не хочешь остаться с ней, правда?
– прошептала она.
– Я уж точно, не хочу. Я пойду с ним. Ты можешь пойти тоже, Джефф. Пойдем со мной.

В голове у него мельтешило множество несвязных мыслей, и он никак не мог вспомнить, почему это плохая идея, почему он не должен соглашаться пойти с ней...

"...в лучшее место... пойти в лучшее место..."

...но все никак не мог вспомнить. Это было как-то связано с Джей Ар и Лили...

"Где Лили?"

...и Крестопором, но его мысли затуманились от удовольствия, когда Мэллори расстегнула ремень и брюки и медленно потянула вниз молнию со словами:

– Пожалуйста, Джеффи. Мы можем быть вместе столько, сколько захотим...

Она просунула палец под резинку его трусов и медленно провела им вперед-назад.

– Делать все, что захотим...