Глава Восьмая

КАССИО

B

один из них раскололся под моим кулаком, и я увидел, как голова мужчины откинулась назад. Он захлебнулся собственной кровью. Он не заслуживал ничего лучшего, но прежде чем он задохнется насмерть, я хотела получить ответы.

Эта гребаная киска была одной из приспешниц Марко. Боже, если он окружил себя такими мужчинами, я должен просто напасть на него и убить их всех. Это было бы совсем нетрудно.

Тощий ублюдок умолял сохранить ему жизнь последние двадцать минут, а мы едва начали. Милосердие было непривычным понятием в нашем мире. Он должен понимать это, особенно работая на Марко.

“Местонахождение склада”, - сказал я жалкому мудаку. “И все это закончится”.

Удар пришелся по другой щеке, и его тело, привязанное к стулу, полетело на землю. “П- пожалуйста, он убьет меня”.

“ И что, по-твоему, я с тобой сделаю? Я приподняла бровь. Мои кулаки были в крови от всех ударов, которые я нанесла ему. Сегодня у меня было ужасное настроение. Прошлой ночью мои люди потеряли след девушек Каллахана, а теперь этот придурок утаивает информацию.

Но ненадолго, мысленно усмехнулся я.

Наши с Лукой взгляды встретились. Он прислонился к стене, на его лице ясно читалось разочарование. Что-то не давало ему покоя весь чертов день. Он уставился на меня так, словно я украла его любимую конфету. Думаю, ни у кого из нас сегодня не все было хорошо.

“Последний шанс”, - сказал я нашему пленнику. Я был готов закончить этот день. “Назови мне местоположение. Или я отправлюсь за твоей семьей”.

Его глазные яблоки чуть не вылезли из орбит. “ Т- ты бы не стал. Все знают, что ты не связываешься с невинными.

Я нанес еще один удар, сломав ему нос, и ухмыльнулся. Вероятно, это больше походило на оскал акулы, чем на ухмылку. Насколько я был обеспокоен, этот парень заслужил все, что его ожидало. Ему не следовало ложиться в постель с Марко.

“Если у них есть информация о Марко и женщинах, которых он провозит контрабандой…” — беспечно сказала я, загибая его указательный палец так, что хрустнули кости, — “… тогда они не совсем невинны”.

И это сделало свое дело. После этого парень был более чем счастлив поделиться местоположением.

Хорек завизжал, как свинья. “Сибиряк подарил Марко склад для хранения женщин”, - завопил он. “Босс ждет разрешения от своего связного в Нью-Йорке, чтобы перевезти их в город”.

Я усмехнулся. Марко был кем угодно, только не боссом, и у меня было подозрение, что я знаю, кто был его связным в Нью-Йорке.

— А что сибиряк получил взамен? Я выплюнул.

“Женщины для секса и его клуба, а парни для его бойцовского ринга. Или что-то в этом роде”, - захныкал он. Это мог быть только один русский парень из Сибири. Иван Петров.

Иван Петров, глава сибирской русской братвы в Лас-Вегасе и Восточной Европе, был того же калибра, что Бенито и Марко. Но этот парень не останавливался на женщинах, он также похищал мальчиков-сирот и заставлял их драться на подпольных турнирах. На этих подпольных бойцовских площадках было только одно правило — один выживший. Алексей Николаев был одним из тех редких выживших.

Я вытащил пистолет из кобуры и прицелился.

“Подожди!” — захныкал маленький засранец. Мой палец на спусковом крючке чесался нажать на него. “Я кое-что знаю!”

Мы с Лукой обменялись мимолетными взглядами, затем я снова обратила свое внимание на окровавленное лицо.

“Что ж, не позволяй мне помешать тебе излить душу. У меня нет целого дня”. Правда заключалась в том, что я хотел снова увидеть Айне. Даже если я не мог прикоснуться к ней, один ее вид успокаивал меня до мозга костей.

“Марко отдает дань уважения своему отцу”. Я подняла бровь. Неужели этот идиот действительно думал, что это меня заинтересует? Я бы не пошел на церемонию поминовения моего отца, даже если бы от этого зависела моя жизнь. “Он планирует взыскать все новые и старые долги. Все! Тогда он проведет крупнейший аукцион красавиц в истории”.

Ярость сжала мое сердце, и расплавленный гнев прокатился по каждой клеточке моего тела. Он поглощал каждый мой вздох, заставляя мое сердцебиение сбиваться. Мне хотелось бы думать, что все это было из-за гнева, который струился по моим венам, но это было нечто большее. Намного, блядь, большее.

Этот проныра мой брат посмел угрожать моей сестре, моим племянницам Грейс и Элле и кто знает, скольким еще. У него действительно было желание умереть, потому что, как только об этом станет известно, каждый муж, отец или брат будут преследовать его.