— Чудовище. Оно знает о тебе. Оно пришло сюда, притворяясь тобой, но я знала, что что-то не так. Когда я спросила, почему ты так странно себя ведешь, оно разозлилось и превратилось в монстра. Затем оно выпустило огонь изо рта и сожгло мой сад.

Она выглядела такой грустной.

— С твоим садом все в порядке, Даниэлла. Я только что оттуда. Он не сгорел.

Она отрицательно покачала головой.

— Он скрыл то, что сделал, потому что не хотел, чтобы ты это заметила.

Она снова заплакала.

— Где Обнимашка? — спросила я, заметив, что медведя с ней не было.

— Монстр отнял его у меня и разорвал на куски. Он сказал, что мне не нужен Обнимашка… и ты. Что ты плохая. Что ты враг.

Я обняла её крошечное тельце.

— Я не враг, Даниэлла.

Как я должна был объяснить семилетней девочке, что у неё помутился рассудок, и что она была в нём пленницей? Вдобавок ко всему, она была подростком с психическим расстройством. Я точно не собиралась говорить ей об этом, чёрт побери.

— Монстр всё ещё там? — спросила она.

— Нет. Сад пуст, — сказала я, начиная выбираться наружу.

— Нет, Эби. Останься здесь.

Она схватила меня за руку и оттащила назад.

Я остановила её.

— Даниэлла, монстр пытается напугать тебя, но он не может причинить тебе вред.

— Нет, может, — её голос дрожал.

— Он когда-нибудь делал тебе больно? — спросила я.

— Нет, — ответила она. — Но он меня пугает.

— Именно это он и делает. Он хочет напугать тебя, чтобы удержать здесь. Но он не причинит тебе вреда.

— Почему? — спросила она.

— Потому что он просто хулиган, — объяснила я. — Я дала тебе обещание, и я собираюсь его сдержать. Он пытался напугать меня и удержать на расстоянии, но я победила его. Сейчас я здесь, чтобы защитить тебя. А теперь, ты пойдёшь со мной? — я протянула ей руку. — Я докажу, что тебе нечего бояться.

Она кивнула и схватила меня за руку, крепко сжав её.

Мы выползли из её укрытия, и как только мы это сделали, она ахнула и обняла меня за талию.

— Я же тебе говорила, — запричитала она.

Она была права. Чудовище уничтожило сад. Когда я почувствовала, что что-то было не так, когда я только оказалась здесь, моя интуиция меня не подвела. Монстр Даниэллы скрыл всё это от меня, но теперь завеса была поднята, обнажив опустошенный мир.

Все было сожжено. Цветы были мертвы и завяли, деревья потеряли все свои листья, а их кора и ветви обуглились и почернели. Трава сделалась короткой, пепельного цвета и хрустела под нашими ногами.

Даниэлла встала позади меня и указала пальцем куда-то в сторону.

На сухой земле лежали остатки Обнимашки. Он был разорван в клочья, и его уже нельзя было починить. Его уши, нос и лапы были разбросаны по земле.

Даниэлла подошла к его остаткам и упала на колени. Она осторожно собрала кусочки своего друга, сложив их в кучку.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Ты сказала, что я могу сделать все, что угодно, если захочу этого достаточно сильно, верно?

— Верно.

— Тогда я попытаюсь собрать его обратно.

Я улыбнулась. Она начинала верить в себя.

Собрав все до последнего оторванного кусочка, она обхватила их руками и прижала к груди.

— Обнимашка, — услышала я её шепот, — вернись ко мне.

Я ждала с большим нетерпением, но ничего не происходило.

— Прости, — выдохнула я.

Моё сердце обливалось кровью из-за неё.

Она ещё крепче обняла кусочки, и её слезы закапали на ткань.

Затем от кусочков начал исходить яркий свет. Даниэлла раскрыла объятия, и свет распространился на несколько футов во все стороны. Он все выходил и выходил наружу, как вдруг случилась яркая вспышка, а в небо полетели золотые лучи. Стало так светло, что нам пришлось прикрыть глаза.

Когда свет померк, я услышала, как Даниэлла ахнула. Прямо на траве сидел новенький плюшевый мишка.

— Обнимашка! — взвизгнула она, рванув вперёд и подхватив своего друга на руки.

Она резко обернулась, её лицо ярко сияло.

— Я это сделала, Эби!

Я не могла не улыбнуться в ответ.

— Да, ты это сделала.

— Как ты думаешь, я могла бы возродить это место?

— Я знаю, что ты сможешь.

Она подошла и схватила меня за руку, а затем закрыла глаза. Я чувствовала, как её сила гудит в моей руке и в теле; мои ноги начало покалывать.