— Хватайся за лед!

— Держись, Штырь! — Китаец попытался подплыть к нему, но и сам в тяжелой зимней куртке едва держался на плаву.

Я чувствовал, как холод сковывает тело. Мысли путались. Надо что-то делать, иначе мы все здесь сдохнем. Проклятый пуховик медленно, но уверенно напитывапся ледяной водой. Еще немного, и он утащит меня на дно.

— Пацаны, слушайте меня! — крикнул я — Прекратите дергаться! Скидывайте куртки — они нас вниз тянут.

Мой изрезанный и на скорую руку зашитый Зойкой пуховик отправился на дно. Несчастливый он, что-ли, — мелькнула в голове дурацкая мысль, а за ней еще одна, точно такая же. — Надо новый купить.

— Ты что, охренел?! — заорал Карась, стуча зубами. — Замерзнем на хуй.

— Делай, что говорю! — рявкнул я. — Ты потонешь раньше. Снимаем куртки и выбираемся на лед спиной! Повторяйте за мной.

С трудом стягивая мокрую одежду, я, раскинув руки, начал ломать тонкий край спиной, продвигаясь в сторону берега. И вот через пару метров он ломаться перестал, и я стал медленно выползать на лед, распластавшись, как морская звезда. Тот трещал, но мой вес выдержал.

— Давайте, пацаны! По одному! — скомандовал я и пополз к берегу, стараясь не дышать. — Руку мне!

Копченый первым последовал моему примеру. Он, схватив меня за пальцы, вылез на лед и, отдышавшись, протянул ладонь Штырю.

— Давай, Штырь, хватайся!

Постепенно мы все выбрались из полыньи. Дрожащие, мокрые, но живые.

— Б-бля, х-холодно-то к-как, — простучал зубами Карась.

— Н-надо б-быстро до машины добраться, — сказал Китаец. — И-иначе замерзнем.

Мы побежали к берегу, где стоял наш старый ЗИЛ и копейка отца Китайца. Бежать было тяжело, мокрая одежда липла к телу, а ноги скользили по льду. Прежде чем сыпаться в копейку, догадались бросить на сидения брезент, что лежал в багажнике, и отжать руками воду со штанов и свитеров.

— Димас, у тебя ключи? — спросил я, когда мы утрамбовались внутрь.

— Д-да, — Китаец дрожащими руками достал связку из кармана и завел копейку, попав в замок зажигания раза с третьего.

Я выкрутил печку на максимум, но когда она еще раскочегарится.

— Над-д-о к-костер р-развести, — прохрипел я. — Будем сушиться. Китаец, Штырь, с-собирайте хв-в-орост. Копченый, там в кузове ЗИЛа я видел канистру. Что в ней?

— Б-бензин.

— Отлично, с-свечку в ближайшей церкви п-поставлю. Т-тащи ее сюда!

Парни бросились выполнять указания, а я начал расчищать место для костра. Пацаны кинули в кучу ветки, доски и пару ящиков, которые рыбаки использовали как табуреты. Карась плеснул бензина и бросил спичку, едва увернувшись от вспыхнувшего огненного столба. Дело пошло на лад. Мы сгрудились вокруг костра, пытаясь согреться и высушить одежду. Подставляли огню то один бок, то другой, как шашлык. А от одежды повалил пар, словно в бане.

— Эй, Хлыст, — окликнул меня Карась.- А ты молодец. Если б не ты, мы бы там все…

— Забей, — отмахнулся я. — Главное, живы остались.

— Пиздец я обосрался — признался Штырь. — Прошлой зимой, на Крещение, так баба утопла тут рядом. Окунулась в прорубь после службы, а ее течением под лед затянуло.

— Откуда знаешь? — поинтересовался Копченый.

— Так это предыдущая жена нашего тренера по боксу. Николаича. Парни на похороны ходили.

— Наверное, сердце прихватило, — со знанием дела заявил Вовка. Он сейчас встречался с какой-то медсестрой, а потому считал себя специалистом по всем вопросам, касающихся здоровья. Он искренне думал, что знания могут передаваться половым путем.

— Надо ебнуть водки, или даже спирта, — вздохнул Копченый, натягивая на себя сырой горячий свитер. — А то у меня сейчас тоже сердце остановится. У кого выпить есть?

— Я смогу вынести, — Китайца продолжала бить крупная дрожь. — Но это корейская водка. Имейте в виду.

— Да похуй, — сказал Штырь. — Я сейчас если не выпью — сдохну. Погнали. Слышь, Серый, а откуда ты знаешь, как надо из ледяной воды вылезать, а? Я вот даже не слышал о таком.

Сказать правду? — думал я. — Что смотрел видео на телефоне, который тайком пронесли в камеру? Так не поймут. Тут еще диск пальцем крутят, а ксерокс считается чудом заморской техники, которое стоит на учете в КГБ. Кстати! — в голове промелькнула парочка мыслей. Тут народ неискушенный. Может прокатить с копированием рублей и баксов. Сунуть в куклу копии — святое дело. Здесь это пока технология космического масштаба. По старинке люди работают.

— Слышал от кого-то из парней, — я пригладил волосы, взял сигарету у Штыря и жадно затянулся. — Не мы первые так купаемся.

Домой мы доехали пулей и остановились у Димонова подъезда так, что даже тормоза заскрипели. Водка! Только она спасет промерзшие насквозь организмы. А потому, когда Китаец спустился вниз с разноцветной бутылкой, Штырь открыл ее дрожащими руками и присосался к горлышку, как пионер к горну.

— Это что? — выдохнул он, отпив едва ли не треть. Бутылку мы у него тут же отобрали и пустили по кругу, где каждый сделал по могучему глотку.