Точно так же, как он сделал это в ту ночь.

Я подношу руку к горлу, вырывая свое запястье.

Большим пальцем он приподнимает мой подбородок. Для зрителей это выглядело бы мило.

Наши глаза встречаются.

Я выбрала сражаться с Лукой.

Я оглядываю толпу – Фрэнки, Грейсон и Лука все здесь. Он не один. Я вдыхаю воздух.

Это мой последний шанс.

— Сокровище.

У Данте недоуменно приподнимается бровь.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Ты опять под кайфом? — шипит он.

Я поворачиваюсь к толпе, мой взгляд останавливается на покрасневшем Луке.

Он ошеломленно открывает рот. В этот момент все гости превращаются в туман.

Я вижу только его.

Я просто надеюсь, что этого будет достаточно.

Я больше не могу делать это одна. Я не могу спасти Еву, я не могу спасти себя.

Мне нужен он.

ГЛАВА 74

Лука

Ярость поглощает меня, когда слово ‘Капри’ срывается с губ священника. Нижняя губа Розы дрожит. Фрэнки, сидящий в противоположном ряду, бормочет: — Ублюдок.

Я поворачиваюсь к Марии, которая смотрит прямо перед собой, не скрывая усмешки на своих больших губах.

— Сюрприз, — шепчет она.

Мое сердце бешено колотится. Я вырываю свою руку из руки Марии и вытираю вспотевшие ладони о брючины костюма.

Этого не может быть. Все это чертово время эти придурки подставляли нас. Я поднимаю голову, и водянистые глаза Розы встречаются с моими, умоляя о помощи.

Мое сердце замирает на секунду, когда ее губы приоткрываются, а голос срывается, когда она произносит единственное слово на этой планете, которое меняет для нас все.

— Сокровище.

Мое сердце колотится где-то в горле, когда я встаю. Взгляды толпы полностью на мне. Они ахают, когда я завожу руку за спину, кладя ее на рукоятку оружия.

— Сокровище, — повторяет она, на этот раз громче, с ноткой чистой безысходности.

Весь мой мир останавливается. Все вокруг меня меркнет. В жопу последствия. Я развяжу войну, чтобы защитить ее. Я отдам свою собственную жизнь, если придется.

Это ни с чем не сравнится.

Я надеюсь, что Энцо внимательно следит за этим, потому что наша армия должна прибыть с минуты на минуту.

Я достаю пистолет из кобуры и направляю его прямо на Данте.

— Ты кусок дерьма! — кричу я.

Он поднимает руки в знак капитуляции.

— Сэр, вам нужно... — священник поднимает ладони, вставая между Данте и Розой.

Направляя на него ствол, я опускаю его и указываю ему в грудь. — Я предлагаю тебе отступить. Сейчас не время для Бога и прощения. Я дьявол, и я здесь за местью.

Его губы сжимаются в тонкую линию, но он медленно отступает от подиума.

Держа пистолет нацеленным на голову Данте, я делаю шаг к Розе, обхватывая ее лицо ладонями. Она вздрагивает, когда снаружи церкви раздаются звуки стрельбы. Я смотрю в толпу, как все наши люди встают и разбегаются по залу. Это мы против них.

Спасибо, Энцо.

— Детка, все будет хорошо, — шепчу я, прижимаясь своим лбом к ее. — Я люблю тебя. Обещаю, у него никогда не будет шанса снова причинить тебе боль, — я прижимаю ее к себе и крепко обнимаю, затем переключаю свое внимание на Данте. — На колени.

— Лука. Не делай этого. Не ради нее. Ты видел, что я сделал с твоей мамой.

Мои ноздри раздуваются.

Ярость накатывает, грозясь разорвать меня на части.

— Ты гребаная пизда, — процедил я сквозь зубы, делая шаг к нему. На лице Антонио не было ни капли страха.

— Не заставляй меня повторяться, Антонио, — ревет Фрэнки у меня за спиной. Я поднимаю взгляд и вижу, что он и Грейсон направили пистолеты на Антонио.

Данте отступает на полшага и скрещивает руки на груди.

— Эта маленькая шлюшка сама предлагала себя мне несколько лет назад, когда я работал с ее отцом. Она была одержима мн...

— Заткнись! — Роза вырывается из моих рук и со всей силы ударила его каблуком прямо в пах, так сильно, что я даже поморщился.

— Я ненавижу тебя! Верни мне мою сестру! — кричит она ему, царапая его лицо.

Я держу его на прицеле, обхватываю Розу за талию. — Детка, я со всем этим разберусь. Пожалуйста, соберись.

Роза поворачивается ко мне, ее слезы просачиваются сквозь мою рубашку.

У меня до сих пор голова идет кругом от его последних слов.

— Скажи это еще раз, — приказываю я.

— Что? Что я лишил ее девственности? — он криво улыбается.

Я смотрю на бледную Розу, ее налитые кровью глаза встречаются с моими, и она кивает.

— Это был он, Лука, — шепчет она.