И вот он я, тонул в гневе и ненависти, задыхаясь от обиды... а она смеялась так, будто у нее не было никаких забот в этом мире.

Все произошло как в замедленной съемке. Руки Джоэла обхватили лицо Калли, успокаивающе поглаживая ее по щеке, затем он наклонился, с идеальной точностью выравнивая их губы. Руки Калли легли на его футболку, вцепившись в материал, чтобы успокоиться, и тогда она поднялась на цыпочки, чтобы встретиться с ним в поцелуе.

Я так сильно стиснул зубы, почти ожидая, что эмаль треснет.

Она целовала его.

Конечно, это было неловко и неуклюже, но потом перестало быть таковым. Ее губы были на губах этого ублюдка. Джоэл углубил поцелуй, раздвигая ее губы своим языком... Своим. Чертовым. Языком. Мне хотелось крикнуть, что необязательно целоваться с языком, но я наблюдал, как половина парней просовывала языки девушкам. Виктория сказала, что это было по желанию, так что я не мог использовать это оправдание.

Секунды тикали. Может быть, это был мой разум, играющий со мной злую шутку, но все предыдущие раунды, казалось, заканчивались быстрее.

Я понял, что не выдумал все это, когда Брэд толкнул меня под ребра:

– Святое дерьмо, ты только посмотри, что Джоэл вытворяет с ней.

Посмотреть?

Я не мог оторвать от них своих гребаных глаз.

Мои кулаки сжались так сильно, что если бы я посмотрел на них, то увидел бы, как костяшки пальцев побелели.

– О, вау, здесь становится жарко, или мне так кажется? – Виктория обмахнула себя, и некоторые девушки засмеялись.

Ее слов было достаточно, чтобы разрушить чары, под которыми находились Джоэл и Калли, хотя я отказывался верить, что это было нечто большее, чем его раздражающая привычка всегда выкладываться на сто десять процентов.

Калли сняла маску, ее глаза расширились, а губы приоткрылись от удивления. Румянец вспыхнул на ее щеках, спускаясь вниз по шее. Я хотел выцарапать себе чертовы глаза, увидев, какой горячей и взволнованной она выглядела.

Горячей и взволнованной из-за поцелуя с Джоэлом.

Он снял свою маску, все зааплодировали и завопили. Кто-то даже присвистнул. Калли закрыла лицо руками, а Джоэл наклонился, чтобы что-то прошептать ей.

– Ты в порядке, чувак? – спросил Брэд.

– Э-э, что? – я моргнул, глядя на него.

– Ты выглядишь немного бледным.

– Я просто не хочу идти туда, – ложь слетела с моего языка.

– Боишься небольшого прикосновения губ? Некоторые из этих девушек возбуждаются при мысли о том, чтобы попробовать тебя на вкус, Мессия.

– Отвали, – проворчал я.

Когда я оглянулся туда, где стояли Джоэл и Калли, то обнаружил, что они исчезли. Я увидел ее, прижавшейся к Джози у стены. Джоэл стоял рядом с Андре с такой широкой улыбкой на все лицо. Самодовольный ублюдок.

– Итак, время для последней четверки, – подмигнула мне Вик. – Тодд, Бенджи, Майло и наш гвоздь программы, Зак Мессия.

Брэд и Сол, ублюдки, присвистнули, словно отправляя девушек на брачные игры. Раздражение пробежало по моему позвоночнику.

– Маски, пожалуйста.

Я так крепко сжал резинку, казалось, что она лопнет. Мои глаза сверлили дыры в Калли, желая, чтобы она посмотрела на меня. Наконец, она подняла взгляд. Черт, эта девушка была прекрасна. С потяжелевшими веками, раскрасневшаяся. Но на ней был его поцелуй.

Ублюдок.

Свирепое пламя лизнуло мои внутренности, когда я надел маску. Как бы я ни старался избегать ее, у вселенной был странный способ заставлять нас снова быть вместе.

– Итак, дамы... приготовьте свои долларовые купюры, потому что это тот раунд, которого вы все ждали.

Я сосредоточился на своем дыхании, позволяя ровному ритму моего сердцебиения заглушить смех и болтовню. За последние пару лет я научился хорошо отфильтровывать всю эту чушь, повседневный фоновый шум. Когда ваша жизнь не была вашей собственной, и от вас ожидали, что вы сыграете роль, нужно было учиться строить непробиваемые стены. И я справился с этим.

Но снова оказаться рядом с Калли было все равно, что оказаться в осаде.

В итоге, она была у меня под кожей, и мне нужно было что-то сделать, что угодно, чтобы вернуть себе контроль.

– Привет, – сказал кроткий голос, и я почувствовал, как воздух изменился. – Будь со мной помягче. Меня никогда раньше не целовали.

Черт возьми.

Неуверенные руки коснулись моего запястья, прокладывая свой путь вверх до бицепса. Ее излишняя нервозность была похожа на раздражающий гул в воздухе. Я наклонился и нашел ее лицо, целуя ее жестко и быстро.