– Зак, это не...

– Остановись, Калли. Просто остановись, – он разочарованно вздохнул. – Это больше не имеет значения. Все это время я думал, что ненавижу тебя. Я хотел этого. Блядь. Я хотел ненавидеть тебя так сильно. А потом я увидел тебя, и это было похоже на удар молнии. Я не ненавижу тебя, Калли, и никогда не мог ненавидеть. Я просто ненавидел себя за то, что доверял тебе. Я ненавидел себя за то, что дал тебе возможность причинить мне боль. И, в конце концов, я возненавидел себя за то, что тебе меня было недостаточно.

– Зак, – я потянулась к нему, но он вздрогнул. Мой желудок сжался. – Я, честно говоря, понятия не имею, о чем ты говоришь. Я не говорила твоему отцу, что не люблю тебя, – на самом деле, большую часть неловкого разговора я защищала наши отношения.

– Ах, Калли, как приятно снова тебя видеть.

– Здравствуйте, мистер Мессия, я просто хотела узнать, Заку лучше? – спросила я, стараясь, чтобы это не прозвучало слишком настойчиво. Я знала, что я ему не особенно нравлюсь. Вернее, ему не нравилось, что я так нравлюсь его сыну. Но я почти ничего не слышала о Заке за весь день и хотела убедиться, что с ним все в порядке.

– Входи, я пойду посмотрю, как он там. Но я предупреждаю тебя, он весь день был в отключке.

– О, я не хочу доставлять неудобств.

– Ерунда, заходи, чувствуй себя как дома. Я всего на секунду, – он исчез в коридоре, а я села на один из стульев у стойки.

Через пару минут он вернулся.

– Он все еще спит, извини.

Мой желудок сжался.

– О, ландо, – я встала. – Ну, думаю, что позвоню ему позже.

– Ты знаешь, Калли. Я уже давно собирался поговорить с тобой кое о чем, – он провел рукой по подбородку.

– Поговорить? – у меня пересохло во рту.

– То, что происходит между вами двумя, мне нужно беспокоиться?

– Б-беспокоиться? – я задыхалась. – Я не уверена, что понимаю вас.

– Заку предстоят великие свершения, Калли. Его просто нужно немного подтолкнуть в правильном направлении. Эта ваша школьная влюбленность друг в друга, это не совсем здорово. И, честно говоря, это помеха, которая ему не нужна. Следующие несколько лет очень важны для будущего Зака.

– Влюбленность? – слова обожгли мне язык. – Это не так… Я... я очень беспокоюсь о Заке, сэр.

– Я знаю, – он поморщился. – И ты хорошая девочка, Калли. Да. Но это детская влюбленность. Это не продлится долго. Зак уедет в университет, а ты застрянешь здесь, и что тогда?

Его слова хлестнули меня изнутри. Между нами все было не так. То, что разделили мы с Заком, не было мимолетным, это было реальным.

Я любила его.

Я любила его всем сердцем.

Он был единственным человеком, который понимал меня, единственным, кто знал, каково это расти в тени своего брата или сестры. Невидимой. Без внимания.

– Я люблю Зака, мистер Мессия.

– Любишь? – он усмехнулся. – Что вы вообще можете знать о любви? Вы же дети. Ты не любишь его, Калли. Однажды ты поймешь, что это не взрослая любовь, и будет слишком поздно. Вы оба потратите столько времени впустую, и ради чего?

– Вы правы, – огрызнулась я, разочарование пробежало по моим венам. – Что мы вообще можем знать о любви? Мы просто дети… то, что у нас есть, нереально. Зак уедет в университет, бросит меня, и он, вероятно, обманет меня, или это сделаю я. Потому что это то, что люди делают друг с другом, не так ли? Они лгут, обманывают и нарушают обещания. Вы правы, какого черта я должна проходить через это? – моя грудь вздымалась под тяжестью моих слов, когда гнев бушевал во мне.

– Я рад, что ты понимаешь всю правду, – сказал он, выглядя немного озадаченным моей вспышкой.

– Вы правы. Так правильно, – я заплакала и уставилась в пол. Мне нужно было выговориться, но мысли о родителях душили меня, и я не могла понять, что за ошеломляющие эмоции переполняют меня. Мне нужна была минута. Отец Зака продолжал говорить, не понимая, что я еще не закончила.

– И именно поэтому ему нужно уехать, потому что он лучше, чем этот маленький городок.