— А я там зачем? Моё дело стариковское — сиди на солнышке, грейся. Иди.

* * *

ОСТРОВ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. КЛИНИКА. 17 сентября 2015 года.

— Привет, Миша.

— Желаю здравствовать, моя Государыня.

Мария Вторая жестом выгнала из палаты весь персонал. Я сидел в четырёх метрах. Ближе подойти я не мог из-за браслета. Рухнет вся электроника, которая обеспечивает жизнедеятельность Императрицы-Августы.

— Как вы себя чувствуете?

Она слабо улыбнулась.

— Не дождётесь, как говорят в народе. И обойдёмся без верноподданнических слов. Времени мало. Тебя выгонят доктора.

— Нас пишут?

Улыбка.

— В теории — нет. Телеметрия медицинская идёт, а как-там — не знаю.

Понятно, придётся следить за словами. Даже сними я браслет и склонись над её ухом, это может ничего не дать.

— А я, моя Госпожа, сижу в библиотеке. Занятное чтиво нашёл. Много старых книг по истории. Но, мало новых поступлений. Авторы как-то не радуют творениями современности.

— Есть желание написать новые главы истории?

Улыбаюсь:

— Я ещё тот писатель, моя Госпожа.

Она устало прикрыла глаза.

— Выбора нет. У тебя и нас. Я с удовольствием прочитаю проекты новых глав…

Глава 7

Опрокинуть небо

* * *

ПОЛГОДА СПУСТЯ. ОСТРОВ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. КЛИНИКА. 3 февраля 2016 года.

Я целовал свою дочь. Я был на родах. Я лично перерезал пуповину. Меня не хотели пускать на роды. Боялись эксцессов. Вдруг со мной случится нервный припадок. Очень хотелось выхватить Нож и порезать их. Но я сдержал свои порывы и настоял.

Государыня дала Дозволение. Меня пустили.

Я не был на родах Георгия. Тогда как-то было не очень принято. Да, и не было меня на месте.

Теперь вот моя дочь. И моя жена. Измученная, но счастливая. Наш первый ребёнок. Наша Катенька.

Я теперь знаю, как это быть на родах своей любимой женщины. Все разговоры — пустое. Нет никакого героизма. Ты там не для этого. Просто держи её за руку и шепчи ей: «Я рядом, я тут, я люблю тебя, тужься, я тебя обожаю, тужься, люблю, давай вздох, тужься…» Ничего такого. Просто твой любимый человек просто выворачивается в твоих руках от боли, а ты шепчешь… Шепчешь… И сжимаешь руку.

Конечно, всю работу сделали Лейб-акушеры. Я был в качестве предмета мебели. Но, я постарался разделить её боль.

Мне лишь сказали:

— Ну, что, счастливый отец, пора перерезать пуповину.

И графиня Елена Анатольевна Толстая-Ходот, праправнучатая племянница Лейб-акушера баронессы Улезко-Строгановой, принимавшей в своё время роды у самой Марии Благословенной, протянула мне медицинские ножницы.

Моя дочь. Катенька.

Прикладываю её к материнской груди.

Молока нет, но важен сам факт. Наша дочь.

Наша. НАША!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

* * *

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДОМ СЕМЬИ АРВАДСКИХ. 3 февраля 2016 года.

Это дом её детства. Нет, фамильный Дворец в Городе тоже есть. В ходе беспорядков он не пострадал, в отличии от обиталища младшего деверя. Ну так это же не турецкий новодел, а ещё византийский, с прилегающими стенами, во Влахерне. Что бы взять его нужен был новый султан Мехмет. Дворец ещё от прадеда под постоянной охраной ЭСЕД. А в «Экспедиции глубокого бурения» умеют охранять свои тайны. От чужих и от своих. Потому в детстве и сейчас, когда, после смерти старой Императрицы с сыном, заметня в Империи успокоилась, Наталья Андреевна не спешила в унаследованное мраморное великолепие.

Домик всего в 300 квадратов, среди роскошного огороженного парка, примыкающего к собственной пристани, в Состенионе, чуть севернее бухты баронессы де Боде, бывшей бухте Стения. Наследство от прапрабабушки княгини Емец-Арвадской — «тени Благославенной». В честь неё Наталью и назвали. Здесь была частная охрана, а не стрелки камер-егермейстера. Здесь, сколько себя помнила Натали, всегда царили спокойствие и уют. «Бабушкины пирожки», старые книги, игры в парке… лучшие дни детства. Здесь легко, даже сейчас. В дождь. После строительства Царьградского канала климат в Городе немного испортился, хотя, как ей казалось, эта зима была заметно теплее.

После сентябрьского мятежа, последивших за этим волнений и смертей Империя успокаивалась. Жизнь в Единстве вроде уже вернулась в прежние берега. И, если не считать настороженности из-за болезни молодой Императрицы, обстановка на Терре не вызывала беспокойства. Это позволило Натали с мужем менее чем через месяц после прибытия в Город из Питера вернуться на Луну. На похороны германского кайзера Фридриха IV полетел уже сам Александр Андреевич — Великий Князь Лунный. Здесь он не мог послать Наследника в отличии от пришедшихся как раз на дни мятежа похорон бывшего тестя. Так что Наталья с супругом встретили Новый год и Рождество Христово на Луне. Там, пока Единство отходило от «Верной седмицы» и царственных смертей, пришлось много для снабжения и обороны потрудится.