— Кейн, — рявкнула я, мои руки и глаза сканировали его тело в поисках порезов. — Ты в порядке?

Его затуманенные и расфокусированные глаза поднялись к моему лицу.

— Пайпер?

Я взяла его заросшие бородой щеки в свои ладони.

— Ты. В. Порядке?

— Ага. Как и ты.

Он был не просто пьян. Он был мертвецки пьян.

Я не увидела никаких порезов, и нигде не было крови, поэтому я убрала руки с его лица. Алкоголь волнами исходил от его тела.

Я встала, направляясь к бензопиле. Я никогда раньше не видела её в реальной жизни, но я обыскала аппарат в поисках выключателя. Рядом с ручкой был маленький рычажок, и я щелкнула им, заглушив двигатель.

Тишина была поразительной. Моя грудь вздымалась, когда я стояла, адреналин всё ещё бурлил в моих венах, когда я оценивала то, что сделал Кейн.

Он полностью уничтожил кресло. По всему крыльцу были разбросаны опилки и щепки. Ему также удалось пропилить неровные прорези в досках крыльца. Он вполне себе мог лишить себя руки. Идиот.

Я повернулась обратно к Кейну, ярость сменила страх.

— О чём ты думал? — взвизгнула я. — Ты мог убить себя!

Его веки опустились и закрылись, когда он пожал плечами.

— Этот стул был слишком коротким.

— Слишком коротким?

Он кивнул.

— На полтора сантиметра.

— Хорошо. — Я нахмурилась. — И это означало, что ты должен разрубить его на куски, как сумасшедший серийный убийца? Или теперь я должна называть тебя Убийца Стульев с Бензопилой?

Он усмехнулся, сверкнув мне своими белыми зубами.

— Ты забавная.

— Ты пьян.

— Пьян, — пробормотал он.

— Чёрт. — Я вытерла капельку пота с виска.

Кейн сидел на крыльце, потрёпанный, но не менее великолепный. Его слова не были невнятными, но он определённо был пьян.

— Просто… оставайся там. — Я протянула руку в жесте остановки, хотя сомневалась, что в его состоянии он зайдёт слишком далеко.

Я поспешила внутрь хижины, мои ноги замерли от того, что я увидела. Это было плохо. Грязная посуда была разбросана по всей кухне и даже в гостиной. Затем до меня донесся отвратительный запах, который заставил моё лицо скривиться.

Кейн всегда поражал меня чистотой, как здесь, так и в свей мастерской. Но здесь всё выглядело так, как будто он целенаправленно пытался разгромить свой дом в течение последних двух недель.

Из гостиной я могла видеть коридор и его спальню в задней части хижины. Его кровать всегда была застелена, когда я бывала здесь раньше, но теперь уродливое зелёное одеяло валялось на полу. Голубые простыни были беспорядочно сброшены с кровати.

Я пошла на кухню, задыхаясь от того, что запах становился всё сильнее. Я рискнула взглянуть на переполненную раковину. Тарелки на дне, казалось, были разбиты.

Была ли эта катастрофа из-за меня? Я подошла к шкафам в поисках чистого стакана. Полки были пусты, но я порылась на самой верхней и нашла покрытую пылью пивную кружку.

Я прополоскала её, затем наполнила водой и вынесла обратно на улицу.

Кейн переместился к лестнице и прислонился к столбу. Обе его ноги свободно свисали со ступенек, носки ботинок были направлены к небу под разными углами.

— Вот. — Я села рядом с ним и протянула кружку. — Выпей немного воды.

Он медленно моргнул, лениво поворачиваясь в мою сторону. Дрожащей рукой он взял воду из моей руки и сделал большой глоток. Капли воды стекали по его подбородку, частично оставаясь в бороде. Но когда кружка опустела, он отдал её обратно мне.

— Я выбросил его, — пробормотал он.

— Что ты выбросил?

— Твой торт.

Мой торт? Он, должно быть, говорил о торте, который испёк к нашему ужину. Тот, который я не попробовала, потому что была слишком занята, выбегая за дверь, когда он приказал мне уйти.

— Мне жаль.

Он махнул рукой.

— Всё в порядке. Теперь всё кончено.

Да, теперь всё было кончено.

— Ты в порядке?

Он издал низкий стон, который звучал как нет.

Но я не просила большего. Я не хотела бросать его, особенно когда бензопила была в пределах досягаемости, поэтому я перебралась к противоположному столбу и прислонилась к дереву.

Вечернее солнце садилось, и из-за высоких деревьев, окружавших нас, свет быстро угасал. Я позволила своим глазам закрыться, прислушиваясь к звукам леса и тяжёлому дыханию Кейна. Если он заснёт здесь, мне будет трудно затащить его внутрь. Но я разберусь с этим после пяти минут тишины.

— Это было три года назад.

Мои глаза распахнулись.

— Что было три года назад?

— Они предали меня.

Кто? И в чём заключалось их предательство? Я так сильно хотела спросить, но Кейн был пьян. Было бы неправильно выпытывать информацию в его пьяном угаре.