— Сильное обезболивающее закончилось, партия будет только через несколько дней. А обычное ему не поможет…

Потом развернулась и подошла ко все еще сидящей на кушетке Ирис.

— Найдешь способ передать ему? — с надеждой попросила Милена.

— Найду, — кивнула гладиаторша, беря препараты и пряча их под одежду, — а что, если хозяин с проверкой нагрянет?

— Как-нибудь выкручусь, — отмахнулась врач.

Сейчас это и правда ее не волновало. А потом вдруг спросила, осознав, что совершенно ничего не знает о прошлом Ирис, до попадания ее на базу:

— А на кого ты училась?

— Я офицер полиции, — неохотно, но все же ответила гладиаторша и с кривой улыбкой дополнила: — была.

Милена кивнула и неожиданно добавила, сама не понимая, почему ей такая мысль пришла в голову:

— Ирис, передай еще на словах, что если у Роха будет любая возможность отсюда убраться, пусть обязательно использует ее. Я в безопасности и дождусь его возвращения. И скажи так… чтобы он точно послушался. Хорошо?

Гладиаторша как-то странно глянула, однако пообещала. Оставалось лишь надеяться, что она прямо сейчас не направится с докладом к Зубру.

Ирис в медблоке появилась через день. Рассказала, что просьбу выполнила, и что Мрак пришел в себя. Милена уже понимала, что скоро им с мужем не увидеться. Разве что пересечься взглядами на арене. Это вызывало тоску, хотя пока ее успешно подавляли радость и огромное облегчение. Таурохтар жив и будет жить! А значит, все поправимо! Тем более, как говорят, условия содержания гладиаторов у Психа намного гуманнее.

Однако приближалась суббота и Харом, который пока о «любовнице» не вспомнил, скорее всего, потребует Милениного присутствия в ложе. Надо же будет всем показать, что даже с учетом потери двух лучших бойцов, ему есть что выставлять на последующие игры! Девушка вспомнила о зубровских поцелуях, и на нее накатила такая волна вполне физического отвращения, что врач ринулась к раковине. В этот момент ее и застала Ирис.

— Э-э-э… подруга, ты мне ничего рассказать не хочешь? — проговорила гладиаторша, как-то странно разглядывая Милену.

Доктор торопливо умылась и ответила вопросом на вопрос:

— А ты мне?

— Зубр улетел на шахты.

— Да?! — удивилась Милена, но на сердце у нее сразу полегчало. — Странно, обычно он меня уведомляет по комму и приставляет дополнительную охрану.

— А, эти… двое из ларца, — хмыкнула Ирис, кивнув на дверь. — Уже стоят. Даже пропускать сперва не хотели. Травм-то на мне нет.

— И как же ты их убедила?

— Сказала, что у меня плановый психиатрический осмотр. И если по их вине я не получу вовремя таблетки и перегрызу кому-то ночью горло, Зубр потом перегрызет горло им.

— Ну ты даешь! — засмеялась Милена. — Пошли, я тебя хоть кофе напою.

Чайник закипел быстро. Врач поставила на стол банку дорогущего кофе (Зубру его откуда-то привозили под заказ огромными упаковками), сахарницу и пачку с печеньем, и села рядом.

— А на самом деле ты зачем пришла? — вдруг запоздало напряглась Милена, глядя как Ирис, как-то неловко и явно нервничая, разводит напиток. — Про Харома я б и так узнала, выйдя в коридор. Что-то с Мраком?

— Нет-нет! Он идет на поправку семимильными шагами. Это сказать и хотела, — излишне торопливо заверила гладиаторша, скорее хватаясь за печенье и как будто опасаясь встречаться с Миленой взглядом.

Доктору это показалось подозрительным, хотя она, возможно, сама себя и накрутила. Так что больше Милена вопросов не задавала. Девушки поболтали на отвлечённые темы и разошлись.

Первая половина дня в субботу была самая обычная. Разве что Милена заказала обед прямо в медблок, поскольку Зубр еще не вернулся и от повинности идти в ресторан, а потом смотреть арену девушку освободил. Она вообще его пока не видела после «Колизея» и ни минуты об этом не сожалела.

Обед закончился, прозвучала соответствующая сирена, и доктор уже собралась идти к себе в каюту, так как плановых осмотров больше не было, а в случае чего-то экстренного охрана знала, где ее найти. Но… дверь неожиданно оказалась заперта. Причем, когда она попыталась открыть замок, тот не поддавался.

— Что за глупые шутки! — возмущенно крикнула Милена сквозь дверь. — Сейчас же отоприте!

Ощущалось, что кто-то дергает за ручку с противоположной стороны, а потом едва послышалось:

— Это не мы… Может, заклинило? Сейчас за мастером сбегаю!

Милена вздохнула и пошла обратно к терминалу — книгу хоть пока почитать. Однако внутристанционная сесть, даже на том уровне, на котором у врача имелся доступ — не работала. Стало совсем не по себе. Что это могло значить? Какой-то глобальный системный сбой? Или же… часть чьего-то плана побега? У Милены в голове словно начал складываться пазл — заблокированные двери комнат, неработающая сеть, необычное поведение Ирис, жмущейся на стуле… Хотела признаться, но не рискнула? Казалось бы, куда уж страшнее? Однако доктора буквально начало потряхивать от ужаса.