Воздух был пропитан легким ароматом жасмина, смешанным с запахом старых книг и древних древесных нот. В углу стояла массивная дубовая мебель, а тяжелые бархатные шторы почти полностью закрывали окна, не пропуская свет луны. Я села на кровати, поймав своё отражение в зеркале. Длинные черные волосы, светящаяся кожа, глаза, горящие ярким голубым огнём. Вид моего отражения давал мне силу и напоминал, кто я есть. Мои глаза светились, как будто я бежала через весь город от кого-то. Или же всё-таки бегу… Дыхание оставалось прерывистым, и я пыталась восстановить контроль над своими чувствами. Но эти золотые глаза, полный любви и тоски взгляд, продолжали стоять передо мной. Я провела рукой по шее, вспоминая касание тех рук, тех слов. "Я найду тебя, милая, найду…" Эти слова эхом раздавались в моей голове, вызывая трепет и тревогу одновременно. Кто он? И почему его голос и глаза так знакомы мне?

Прикрыла глаза, улавливая зов. Отец. Он был у себя в кабинете. Наверное, ему уже доложили, что на меня напал проклятый. Встав с кровати, я хрустнула шеей, ощущая полное восстановление. Набросив рубашку, направилась к нему. Уже у кабинета я ощутила запах чужаков… волки? Что они здесь забыли?

— Наши воины всегда вовремя выслеживают проклятых и стараются их устранить ещё у самого источника их появления, — говорил один из оборотней, сидя в кресле напротив моего отца.

— Тогда какого чёрта один из них делал в спальном районе города? — перебила я его, проходя и вставая за спиной отца. Коснулась его плеча, и он положил свою руку на мои пальцы, слегка их сжав.

Я смотрела на оборотня, и внутри меня поднималось раздражение вместе с брезгливостью. Может, он и был хорош собой, но был молод, и я ощущала его отношение к нам. Ещё одна моя способность — чувствовать эмоции, хоть за версту. Он не хотел находиться здесь, и к нам у него были аналогичные ощущения. Кажется, эта война между нашими видами и правда будет длиться вечность. Оборотень поднял на меня взгляд, в его глазах мелькнуло раздражение, но он быстро взял себя в руки.

— Мы упустили одного.

— Вы не просто упустили, а рисковали жизнями людей и привлечением внимания, — зашипела я и подалась вперёд, но отец сжал мою руку, удерживая на месте.

— Вам ли переживать за людей, — скривил губы парень.

— Довольно! — от голоса отца даже я пришла в себя и передумала бросаться на волка, хотя в голове уже давно вспорола ему горло за подобную наглость.

— Прошу прощения, лорд, — от его притворной вежливости я не выдержала и фыркнула. Отойдя от отца, села на диван, закинув ногу на ногу.

— Мало того, что это создание было в центре спального района города, оно напало на мою дочь, — сложив руки перед собой, проговорил глава клана.

— Я думал, вам не составляет труда разобраться с ними, — уже спокойно проговорил парень. — Они довольно тупы и примитивны. Действуют первобытными инстинктами.

— Он мыслил, — взгляды переметнулись на меня. — Оно не пыталось убить меня сразу. Могу поспорить, но оно почти смеялось.

— Дэни, ты уверена? — нахмурил брови отец, серьёзно глядя на меня.

— В своих ощущениях я не ошибаюсь, отец, ты же знаешь, — я встретила его взгляд. — Оно играло со мной, наслаждаясь своей силой и уверенностью. Это не было простое нападение дикого зверя. Это был расчёт.

Отец перевёл взгляд на волков, его лицо стало ещё более суровым.

— Если проклятые начинают мыслить и действовать осознанно, это меняет всё. Мы не можем позволить себе недооценивать их.

Старший оборотень, сидящий в углу, наклонился вперёд, его глаза блестели тревогой.

— Если это так, значит, мы столкнулись с новым уровнем угрозы. Мы должны действовать быстро и решительно.

Молодой волк в кресле напротив нас покачал головой, не веря своим ушам.

— Мы всегда считали их низшими существами, просто инструментами хаоса. Если у них появилась разумность, нам придётся пересмотреть нашу тактику.

Отец кивнул, его взгляд оставался холодным и сосредоточенным.

— Мы усилим патрули и совместные операции. Нам нужно выяснить, что стоит за этим изменением. Возможно, есть нечто большее, что мы пока не видим.

Я смотрела на оборотней, чувствуя, как внутри меня поднимается тревога. Если проклятые действительно начали мыслить, то мир, который мы знали, уже никогда не будет прежним.

— Мы не можем позволить себе ошибаться, — сказала я. — Если они начинают организовываться и планировать, нам нужно быть на шаг впереди.

Отец и оборотни обменялись взглядами, осознавая всю серьёзность ситуации. Это было не просто сотрудничество ради безопасности — это был новый этап войны, где каждая ошибка могла стоить нам всего.

— Если это всё, я должен доложить Альфе о новой информации, — молодой волк встал, слегка склонив голову.

Отец кивнул, и волки покинул кабинет. Встав с дивана, я села напротив отца.