– А ты как думаешь?
– лукаво посмотрела на внучку Яна.
– Не забыла, что мы одной крови? Я конечно не ты, но и во мне есть, пусть даже не капелька, а-а скажем так, испарения от капельки магии жизни. Вот это испарение мне и подсказало. Кстати, я должна перед тобой извиниться.

– За что?

– Возможно я оказалась косвенной причиной гибели твоих бабки с дедом, Валентины и Петра.

– Это как?
– не поверила Олька.

– За несколько лет до того рокового полёта, я в общении с императором Константином - папенькой нашего Всеволода - упомянула, что располагаю сведениями о скором появлении в нашем мире очередного мага жизни. А тот не додумался ни до чего другого, как начать таскать за собой родителей Викентия. А самого мальчишку упечь в детский дом, не дав даже матери прислонить новорождённого ребёнка к своей груди! Так боялся , что белым магом окажется твой дед Пётр!

– Да, ладно бабушка. Дело прошлое. Я ведь их никогда не видела!

– Ты кстати, присмотрись к папеньке. Я думаю, что с ним тоже не всё так просто. Если даже у меня, твоей прапра есть какие-то отголоски, то у Вика может и капелька быть!

– Хорошо, бабушка. Но у меня ещё один вопрос, - сказала Олька.

– Ну, спрашивай, что с тобой поделать, - улыбнулась Яна.

– Вот, скажи. Если бы я родилась не твоей внучкой, а скажем...обыкновенной девочкой из...э-э...Приамурья? Без влиятельной родни.

– И при этом была белым магом?

– Ну да.

– Этого просто не может быть. Не забудь о крови. Но допустим, что где-то далеко родилась такая девочка. Она ведь не сможет всю жизнь скрываться. Её магия ей не даст, всё равно проявит себя.

– И тогда?

– И тогда, ваш император, перевернёт всю страну, найдёт её и если окажется, что она простолюдинка или нетитулованная дворянка, невзирая на просьбы и мольбы её биологических родителей - если таковые у неё имеются - быстренько удочерит её. Иначе это сделают другие счастливчики.

– А ты?

– А, что я? Я бы сделала то же самое. Пойми, Оленька. Фигуры такого масштаба, на шахматной доске нашего мира, не могут быть сами по себе! А у нас с Севой, есть не один, а два Ферзя! Ты и твоя маменька!

– Так значит ты тоже имеешь меркантильный интерес?
– прищурилась внучка.

– Слава, богу! Мой интерес совпадает с моими родственными чувствами!

– Ну, бабуся! Ну, Ягуся!

– Вот, вот, - обрадовалась Яна.
– Ягуся мне уже нравится! Так меня ещё никто не называл! А то заладила, бабушка да бабушка. А мне между прочим, 18 календарных лет, по ощущениям моего организма!

– Ну и ладно, - буркнула Олька, под звонкий смех Яны и Марины.
– Будете у меня - Ягуся и Видуся!
– и посмотрев на прикорнувшую у неё на плече Олиле-Олели, дунула ей в остренькое ушко.

– Просыпайся, Лилуся! Пойдём приведём себя в порядок. А то разговор с бабусей вышел какой-то сумбурный. Надо всё по полочкам разложить и проанализировать. Да и вообще, пока мы с бабусей болтали, Маринка умяла всю нашу едусю. Так что и подкрепиться перед встречей на высшем уровне, не помешает.

– Кстати, насчёт Приамурья, - сказала вдруг Яна. Потом посмотрела на Марину.
– Вы княжна возьмите Лилусю с собой и ступайте, мы вас догоним.
– Так вот насчёт Приамурья, - продолжила она когда бригадир Дашкова покинула машину вместе с "эльфийкой".
– Не далее как неделю назад, ко мне прибыло новое посольство из Японии. Ничего вроде бы странного, обычная ротация кадров. Но с посольством прибыл и новый посол. Чрезвычайный и полномочный. И всё бы хорошо...но они все как один, включая и самого посла, подозрительно молодые и красивые. Что мальчики, что девочки. И подозрительно похожи на Хиро и его четырёх жён.

– И что?

– Так я ж и говорю - ничего. Но в конце месяца, ожидается замена посла из Корейского королевства. И по данным моей разведки, в составе посольства тоже, все как один молодые и красивые представители королевской семьи. Что бы это могло означать?

В одном из хозяйских покоев охотничьего домика, собралась мужская компания. И так как к столу ещё не позвали, они занялись привычным для себя делом - предобеденным аперитивом, выставив на полированный стол несколько бутылок с вином и бокалы. На столешнице нашлась и хрустальная пепельница, а также небрежно разбросанные пачки сигарет и один платиновый портсигар, принадлежащий на удивление трезвому и одетому с иголочки светлейшему князю Меншикову. Пижон!

Как раз в это время, Ромодановский выключил небольшой записывающий прибор и выгнув бровь посмотрел на герцога.

– Видуся?
– съязвил Славич.

– А, что?
– невозмутимо ответил Видас.
– Мне нравится.

Князь пожал плечами и вновь выгнув бровь посмотрел уже на Всеволода.

– Папенька?

– Ну а чего?
– полез за бутылкой царь.
– Сам же слышал. В любом бы случае усыновил. Если бы не второй Ферзь.

– Маменька Виктория?

– Она самая.

– Во-во, други!
– вскочил со стула Меншиков и заметался по комнате.
– Сева - нервно вскрикнул он, - Сева нужно что-то делать, что-то предпринять!