– Котенок, я был уверен во всем, что происходило между нами. И буду уверен в том, что нас ждет впереди. Когда дело касается нас, я всегда уверен.

Она прикусывает губу, а затем бросается мне на шею и начинает покрывать мое лицо слюнявыми поцелуями. Я смеюсь и утягиваю ее за собой в постель. Нависаю над ней и следующие полчаса заставляю ее позабыть об этой гребаной юбке.

– Куда ты меня ведешь? – громко кричит Лиза, зная, что я все равно не отвечу.

На ее глазах повязка, а на ушах меховые наушники, чтобы она не поняла, где мы находимся. И тем более, чтобы она не поняла, зачем мы здесь. И хоть я доказываю себе, что я совсем не нервничаю, это далеко не так. Меня всего колотит внутри от предвкушения того, что будет происходить дальше. Моя рука лежит у нее на талии, и мы вместе маленькими шагами направляемся к «Башне падения».

Перед входом на платформу я снимаю с глаз Лизы повязку и стягиваю наушники. Она жмурится от яркого солнечного света, пытаясь понять, где мы. Когда она замечает платформу перед нами, то вскидывает бровь. Я нервно улыбаюсь, а затем снова кладу руку ей на талию и провожу к креслам.

Мы садимся рядом, и я делаю глубокий вдох. Лиза пристально наблюдает за мной, а затем берет меня за руку.

– Что происходит?

– Ничего, – быстро отвечаю я.

– Зачем мы здесь?

– Помнишь, что случилось, когда мы были здесь в прошлый раз?

– Не припоминаю, – отрицательно мотает головой она.

Я усмехаюсь.

– Я стал твоим особенным соседом.

– М-м-м-м… – Она делает вид, что задумывается. – Мне казалось, что наш первый секс случился в твоей постели. Так что ты с кем-то меня путаешь.

Улыбаюсь, любуясь ею.

Она такая красивая. В свете солнечных лучей ее зеленые глаза будто сверкают. Ямочки на щеках от обворожительной улыбки заставляют трепетать все внутри. Не могу оторвать от нее взгляда.

Платформа поднимается вверх, и все эти минуты я смотрю только на нее. На девушку, с которой хочу разделить свою фамилию.

Когда мы замираем на самом верху, то я начинаю обратный отсчет. И когда остаются считаные секунды до свободного падения, я спрашиваю у Лизы:

– Ты выйдешь за меня?

И дальше все повторяется. Мы летим вниз, и оба не сводим друг с друга глаз. В этот раз я не могу заставить себя улыбнуться, потому что каждая клеточка моего тела напряжена. Каждое нервное окончание сжато. Сердце колотится с такой же скоростью, с которой наша платформа падает с высоты пятидесяти двух метров.

Когда мы оказываемся внизу, то мир вокруг перестает существовать. На ватных ногах я спускаюсь с платформы и встаю перед Лизой на одно колено. Достаю из кармана коробочку с кольцом, бриллиант которого выполнен в форме сердца, а затем повторяю вопрос:

– Ты выйдешь за меня?

Пульс в висках громыхает, оглушая меня. Звуки в парке сливаются воедино, звуча приглушенно и будто с другого конца города. Лиза часто и коротко дышит, а в ее глазах блестят застывшие слезы.

– Да, – читаю по ее губам и наконец выдыхаю. – Да! – снова повторяет она, и на этот раз я слышу этот заветный ответ.

Я надеваю ей на палец кольцо и выпрямляюсь. Она прижимается к моей груди, крепко обнимая, и я счастливо улыбаюсь.

Моя девочка только что сказала мне «Да».

Городской пейзаж стремительно проносится мимо, пока я несусь с последней тренировки сезона домой. На улице так жарко, что моя голова прямо сейчас сварится в этом шлеме. Даже ветер, который дует по моим голым рукам, не спасает, ведь он горячий. Высотки сменяются зелеными рощами деревьев, когда я подъезжаю к нашей улице. Снимаю шлем и провожу рукой по взмокшим волосам. Палящее солнце тут же начинает припекать мне голову, так что я ставлю мотоцикл на подножку и направляюсь к дому.

Сегодняшнее утро началось с того, что я не мог перестать улыбаться. И сейчас, пока я иду к дверям, на моем лице по-прежнему широченная улыбка.

Этот день особенный. Ведь уже через пару часов Лиза даст клятву быть моей, пока смерть не разлучит нас.

Залетаю домой и несусь на второй этаж, чтобы принять душ. Затем бреюсь, укладываю волосы и умываюсь холодной водой. Я так нервничаю, что руки трясутся. Мне каким-то чудом удалось не порезаться бритвой.