Она складывает руки на груди.

— Я хотела поговорить с тобой…

Я отрезал ее.

— Я пришла поговорить о моем счете, — говорю я ей, поднимая руку, чтобы она не возражала. — Но до того, что касается моего дедушки и Этель. Ты должна осознать, что, то, во что ты вляпалась, — это твоя вина. Это частная резиденция. Если бы ты заявила о себе, постучала, поскольку это указывает на то, что ты должна делать это в соответствии с правилами и принципами твоего сообщества, ты бы не прервала то, что было интимным моментом между двумя взрослыми людьми по обоюдному согласию. Простая вежливость, Жанетт. Простая. Вежливость, — я провожу языком по своим передним зубам, стараясь не представлять себе, что с ними происходит, но зная, что я прав, выступая на их защиту.

— Жителям запрещена сексуальная активность, — огрызается Жанетт.

— Ты не можешь навязывать это. Эти жители — матери, отцы, бабушки и дедушки. Покажите мне, где в твоём сообществе действуют правила, согласно которым законные, компетентные взрослые не могут заниматься деятельностью, которую они считают уместной, если только она не опасна. Они пережили расцвет своей жизни. Если они найдут здесь компанию, у них будет больше власти, и я также не думаю, что тебе стоит об этом беспокоиться. Теперь, если ты не можешь показать мне что-то, что мой дед подписал, говоря, что он нарушает какое-то правило, я хотела бы обсудить его версию.

Жанетт мгновение смотрит на меня. Ее рот закрывается, прежде чем она щелкает по компьютеру. Она быстро щелкает, и даже то, как она дышит, звучит так, будто она не слишком довольна мной, но я отдаю должное за то, что она признала поражение.

— Ты запуталась, Холли. На самом деле, у тебя оплачено до… — она делает паузу, щелкая мышью. — По крайней мере, до конца следующего года.

— Что? — я кашляю. — Это невозможно. Ты уверена, что это не какая-то ошибка? Бухгалтерская ошибка? На счет дедушки был отправлен чужой платеж?

Жанетт бросает на меня угрюмый взгляд.

— Я не делаю бухгалтерских ошибок. Ты не платила?

— Нет… нет, я этого не делала, — мой разум мчится. Кто-то заплатил. Может ли за этим стоять Варгр? Мне вспоминаются слова Гейл о его продажах мебели. Зачем ему это оплачивать?

Если это Варгр, то это неправильно. Я не могу отплатить ему. Я только что встретила его. Мы даже не встречаемся как таковые — хотя есть вся эта парочка — и он оплачивает мои счета? Я могу оплачивать свои чертовы счета. Я не хочу ни на кого полагаться, особенно на мужчину.

Если мне повезет, я уйду отсюда и увижу, как он целуется с Тринити, местной богиней инсты, которая публикует свои отфильтрованные «жизнь так прекрасна!» полуобнаженные фото три раза в день.

Как вернуть ему деньги? Я ненавижу, что часть моего сердца смягчается при мысли о том, что он заботится о моем дедушке. Но логическая часть меня, полицейская сторона меня, сторона, которая знает, когда это слишком хорошо, чтобы быть правдой, всегда так и есть, хочет знать, почему.

Варгр

Сегодня тот день, когда она предстанет перед Пактом. Я не уверен, что она понимает, но я не могу больше ждать. С того момента, как я увидел ее, я понял. Ей может понадобиться немного больше времени, чтобы убедиться в этом, но после этого брачного ритуала зверь внутри меня успокоится, и она будет моей навсегда. Как бы я ни хотел, чтобы она была на одной волне со мной, когда дело доходит до того, где мы находимся, я готов ждать всю жизнь.

Но только в том случае, если в глазах Пакта и с узами она моя.

— Куда мы едем? — спрашивает Холли, ерзая в своем крузере. Я снова спорил с ней о вождении. Я не поеду на пассажирском сиденье, как она это называет, на церемонию, где все узнают, что я ее. Это не по-мужски, что я не могу доставить ее туда.

— Мы собираемся обратиться к Пакту, чтобы получить разрешение, прежде чем мы скрепим нашу связь, — говорю я ей. Возможно, я упускаю ключевые детали, но я уверен, что преследовал бы ее, если бы рассказал ей все прямо сейчас. Гнался. Моему зверю идея нравится. Я позволил своим глазам блуждать по моей паре. То, как она сидит прямо, соски торчат из-под рубашки, губы приоткрыты, когда она втягивает воздух, она чувствует мой взгляд на себе.

— Что значит «скрепить связь»? Это похоже на брак? — спрашивает Холли. — Мы даже не ходили на свидание. Скажем так, я верю, что между нами есть что-то… тяжелое и серьезное, но я никогда не соглашалась на это.

— В любом случае это не брак в человеческом смысле, — говорю я ей. — Не совсем. Я буду требовать тебя так же, как ты требуешь меня. Мы пара. Это то, что нужно сделать, чтобы скрепить нашу связь.

— Мне кажется, что это расплывчатый ответ, — говорит Холли. Она подозрительно смотрит на меня. — Ты заплатил за уход за моим дедушкой?