Спрыгнув с тягача, он уверенно направился в сторону диспетчерской; необходимо рассказать об увиденном профессору и всем остальным.

Поднявшись в диспетчерскую, Гунт застал пришедшего в себя Солрса, с аппетитом уплетающего какое-то вкусно пахнущее варево, которым его кормила с ложки Ника. Обе руки здоровяка всё еще были залиты затвердевшей лечебной пеной, поэтому поесть самостоятельно он пока никак не мог.

Увидев вошедшего Гунта, он потупил взгляд и увернулся от очередной ложки, поднесенной к его рту.

— Не могу понять, командир, как всё так произошло… — оправдываясь начал он, — я убил двоих без особого труда, а этот… он налетел как демон и снёс меня, словно я ребенок какой! Я даже ни разу не смог его ударить толком…

— Верю, — успокоил его Гунт, — я и сам еле с ним справился, и если бы не мой доспех…

— Ты убил его!? — здоровяк попытался привстать с места. — Убил?

Гунт осторожно положил руку ему на плечо.

— Он сорвался в пропасть, там было метров семь-восемь, а потом я сбросил на него здоровенный камень. Он не подавал признаков жизни…

Солрс замер и пристально посмотрел на командира.

— Надо было добить! — твердо произнес он. — Эти воины не погибают от падения с такой высоты, а что касается сброшенного на него камня… даже я могу войти в состояние Корфи и совсем не показать вида, даже если этот камень раздробит мне все кости. Потом да, будет жутко больно, но не в этот момент.

Здоровяк выжидательно уставился на Гунта и добавил:

— Пустить ему в голову стрелу из арбалета или для большей надежности прирезать ножом…

Командир изучающе посмотрел на Солрса, и понял, что тот совсем не шутит.

— Есть кое-что получше арбалета…

Его рука метнулась к нагрудной пластине, он сдвинул большим пальцем защелку и… ничего не произошло! Метательный диск не выскочил, как тому полагается, в ладонь владельцу, а лишь, жалобно вжикнув, показал свой краешек. Подцепив его пальцами, Гунт потянул диск из штатного крепления и тут же понял, почему тот подается ему с такой неохотой. Он треснул ровно посередине и был совсем не пригоден к применению.

Только сейчас командир обратил внимание на свой доспех. В горячке боя, да и после было как-то не до этого. Опустив подбородок, он посмотрел на свои грудные пластины и тихо застонал. Взрыв той гранаты зацепил и его, правда, в отличие от Дорна, ему крупно повезло: осколок попал как раз в то место, где находился метательный диск, и он, по всей видимости, смягчил удар.

— Где Марк? — спросил Гунт у девушки, аккуратно положив обе половинки диска на стол.

Ника кивнула на двери.

— Помогает всем остальным разбирать носилки и сортировать вещи.

Бросив взгляд на находящегося без сознания Дорна, командир вышел из помещения и прошел через массивную дверь в тоннель, ведущий к подземному озеру.

— Марк, одолжи мне свой арбалет! — попросил командир, проходя мимо выложенных из носилок ящиков и трофеев. — И заряди его более мощным зарядом. Мне надо удостовериться кое в чём…

Отложив в сторону связку бронебойных стрел, Марк без разговоров достал из сумки арбалет, развел в стороны его плечи* и накрутил на болт разрывной наконечник.

— Постарайся с близкого расстояния не стрелять, — предупредил он, передавая готовый к стрельбе арбалет Гунту.

Солрс оказался прав! Прав!

Гунт сжал кулак и саданул им в камень на краю обрыва.

Недавнего противника на месте не оказалось. Вместо него там осталась небольшая лужица запекшийся крови, след на мягком песчанике от тонкой веревки, и больше ничего нет.

Ему, несомненно, помогли выбраться из этой ямы, и старый спецназовец догадывался, кто именно. Без всяких сомнений, это тот самый служитель ордена, который еще совсем недавно чуть не прожег своим взглядом дыру в его спине.

Гунт вскочил на ноги и бросился в сторону выхода из подземелья. Возле шахты притормозил и перешел на шаг. Вот скобы, ведущие на поверхность. Командир осторожно выглянул и посмотрел наверх. Противников не видно, ни одного, ни другого, значит — ушли.

Гунт скрипнул зубами.

Соваться на поверхность сейчас себе дороже. Могут атаковать, когда он будет лезть по скобам…

Нет, он не полезет! Рисковать нет смысла, надо возвращаться.

Марк его встретил вопросительным взглядом.