Я представила Сашкино лицо, слегка ошарашенное с тех пор, как она узнала, что у нее появится брат или сестра, и покачала головой.

– Нет, ей нелегко привыкнуть к этой мысли. Она девятнадцать лет была единственным ребенком, поэтому, разумеется, ей непросто.

– Вот видите, – Марат Казимирович явно обрадовался. – Если бы вы могли отмотать время назад, вы бы вряд ли решились на эту беременность. Она была неосознанной, и вы долго не могли принять решения, что с ней делать. На учет не вставали до двадцати недель. То, что вы не решились на аборт, характеризует вас исключительно положительно. Я искренне симпатизирую вам, а потому и предлагаю войти в нашу программу. Все дальнейшее наблюдение в нашей клинике, если вы согласитесь, будет полностью бесплатным. Рожать вы будете под присмотром самой квалифицированной бригады акушеров и неонатологов, и это тоже вам не будет стоить ни копейки. А потом, когда все будет позади, а формальности улажены, вы сможете еще и получить на счет весьма приятную сумму. Для восстановления здоровья после родов.

Я во все глаза смотрела на доктора, не понимая, почему с подобным предложением он обратился именно ко мне. После нашего знакомства с Настей Лебедкиной я подняла-таки российское законодательство, поэтому теперь была полностью в теме. Суррогатное материнство в России предусматривало вынашивание и рождение ребенка по договору, заключаемому с другим лицом или лицами, которые становятся родителями после его рождения.

В Российской Федерации использование суррогатного материнства регламентируется Семейным кодексом, Федеральным законодательством и рядом подзаконных актов. В ряде случаев использование суррогатного материнства может быть совмещено с использованием донорской спермы или донорских яйцеклеток, в этом случае у рожденного ребенка будет оформлен только один родитель. При этом женщина, являющаяся донором яйцеклеток, не может становиться суррогатной матерью, то есть вынашивать своего же ребенка.

Я же носила именно моего малыша, которого ждала от любимого, пусть и в прошлом, мужчины, и никакого договора ни с кем не заключала, о чем тут же и сообщила доктору Эппельбауму.

– Иногда о суррогатном материнстве говорят в случае искусственного оплодотворения женщины спермой мужчины с последующей передачей родившегося ребенка этому мужчине и его жене, – сказала я. – Это как раз и есть случай, когда суррогатная мать является и генетической матерью ребенка. Однако в Российской Федерации с 1 января 2012 года подобная практика запрещена. Более того, 14 декабря 2022 года Совет Федерации одобрил закон о запрете на услуги суррогатных матерей из России. Фактически суррогатное материнство приравнено к торговле детьми. Я уже молчу о том, что для того, чтобы вообще заключать подобный договор с кем-либо, я должна иметь двоих детей, а у меня только одна дочь. Да и максимально разрешенный возраст для суррогатной мамы законодательно закреплен на уровне тридцати четырех лет.

Эппельбаум снисходительно улыбнулся.

– Что вы, это все нюансы, которые легко обходятся, было бы желание. Но браво, дорогая Елена Сергеевна. Нужно признать, что вы неплохо подкованы. Признайтесь, специально изучали этот вопрос?

– Да, специально, – честно ответила я. – В том числе и судебную практику. До этого не приходилось сталкиваться.

– Ваш интерес к этой теме лишний раз подчеркивает, что ребенок, которого вы ждете, вам не нужен. – Марат Казимирович потер руки. – Иначе вы бы изучали мамские форумы, а не судебную практику в сфере суррогатного материнства. Ну так что, вы согласны?

– Я так и не поняла, на что именно я должна согласиться, – решила я уточнить осторожно.

Конечно, в тот момент мне нужно было рассмеяться Эппельбауму в лицо, заявить, что я никогда и никому не отдам своего ребенка, и гордо покинуть кабинет, но затеваться с поиском новой клиники мне смертельно не хотелось. Кроме того, весь мой судейский опыт гласил, что с клиникой «Райский плод» что-то нечисто. Пожалуй, надо хотя бы попытаться разобраться, что именно.

– Елена Сергеевна, – теперь врач смотрел на меня с заметной укоризной. – До этого вы соображали гораздо быстрее. Я не предлагаю вам стать суррогатной матерью. Поздно во всех смыслах этого слова. Во-первых, вы уже беременны и являетесь малышу генетической матерью, а во-вторых, возрастной ценз имеется. Я предлагаю вам родить своего ребенка в моем отделении и отдать его приемным родителям.

– Что значит «отдать»? – все еще не понимала я.

Эппельбаум закатил глаза.

– Отдать в приемную семью на усыновление. Во время, оставшееся до ваших родов, мы подберем вам семейную пару, желающую получить здорового малыша от приличной, непьющей, благополучной женщины, безмужней и имеющей других детей. Согласитесь, что под это определение вы подходите как нельзя лучше. Сразу после родов вы напишете отказ от малыша, а эта пара оформит усыновление в соответствии с действующим законодательством.

Я вспомнила все круги ада, через которые пришлось пройти Натке и Таганцеву, чтобы удочерить Настю. На это ушло несколько месяцев, не говоря уже о школе приемного родительства, которую им пришлось окончить, и кипах справок, которые нужно было собрать [3] .

– Что вы, эта деятельность в нашей клинике полностью отлажена, так что все происходит молниеносно, – «успокоил» меня Эппельбаум. – В одной крепкой связке работают врачи нашей клиники, юристы, служба опеки и суды.

– Суды? И какой же судья идет на такое?

– Поименно вам их знать не надо, но поверьте, настоящие энтузиасты своего дела, согласные с нашей миссией, находятся. Кстати, а какие претензии в этом вопросе могут быть к судье, который принимает решение об усыновлении? Ему приносят готовые документы на ребенка и приемных родителей, а в этом досье комар носа не подточит, я вас уверяю, так что судья выносит свой вердикт на полностью законных основаниях.

Мысли в моей голове крутились с такой скоростью, что мне казалось, что в кабинете Эппельбаума отчетливо запахло серой. В эту клинику я попала благодаря Плевакиной, которая сказала, что хорошо знакома с ее главным врачом. Да и Эппельбаум в нашу первую встречу говорил о том, что знает Тамару Тимофеевну. Это что же получается? Плевакин участвует в схеме фактической торговли детьми?!