В результате этот альянс провел переговоры с владельцами арены и городом и Реюнион ждала реконструкция, в результате которой вместительность на хоккейных матчах должны вырасти аж до 18 тысяч зрителей.

В общем, всё складывалось прекрасно.

Даже расследование инициированное НХЛ в отношении Семенова не могло испортить настроение Грину. скорее наоборот оно его поднимало.

Худшее что могло произойти это дисквалификация на регулярный сезон. Но глубина состава такова что Миннесота всё равно железный кандидат на плей-офф, пусть даже и на низкий посев.

А там уже и Семенов снова будет в строю и можно будет повторить забег. В возможностях своего тренерского штаба подвести молодого игрока к плей-офф в отличной физической форме он не сомневался. В конце концов можно было того и в СССР отправить играть, для поддержания формы. Советские чиновники точно не будут против.

А вот платить парню не обязательно. Вернее даже не нужно. Контракт с русским составлен правильным образом, если он не играет по собственной вине, а здесь как раз этот случай, то штрафуется на сто процентов от зарплаты.

В общем, настроение у Грина было отличное. Ровно до того момента пока Семенов не заговорил о династии и о том что хочет играть в Миннесоте много лет.

Вот кто тянул этого русского кретина за язык? Что он лезет куда его не просят? Твое дело в хоккей играть а не рот раскрывать!

Из-за этого Грин уехал со стадиона раньше чем планировал и даже перенес запланированную на первое июня пресс конференцию на которой он хотел сообщить о переезде команды. Это было не не очень принципиально, в любом случае следующий розыгрыш будет для Миннесоты последним.

Сезон 1991–1992 она начнет уже в Техасе.

Я планировал уехать домой, первого июня и даже уже были куплены билеты как на рейс Миннеаполис — Нью-Йорк так и Нью-Йорк — Москва. И по планам лететь я должен был не один а с Беккой. Она получила паспорт, советскую визу и даже уже относительно бегло говорила по-русски и неплохо читала.

Конечно произношение у неё было типично американское, ударения она ставила как Бог на душу положит, но в любом случае прогресс, как говорится, на лицо.

Но этим планам не суждено было сбыться.

Уже на следующий день после чемпионского парада и праздника мне позвонил лично Бобби и попросил приехать к нему в офис. И то что дело нечисто я понял как только открыл дверь кабинета Кларка.

Всё дело в мистере Харпере, отце моей Бекки. Он тоже был в кабинете генерального менеджера Миннесоты. И то что я увидел здесь сразу навело на определенные мысли.

— Как ты думаешь, Алекс, — сказал Кларк после обязательного приветствия, — зачем я тебя сегодня вызвал? И зачем здесь мистер Харпер?

— Мне бы хотелось ответить вопросом на вопрос, мистер Кларк, но я этого делать не буду. Всё и так плюс минус понятно. Всё дело в той ставке которую сделала Бекка?

— К сожалению да, Алекс, — тяжело вздохнул Бобби, — Лига открыла против тебя дисциплинарное дело, а мистер Харпер вызвался быть твоим адвокатом.

— Да, Алекс, и я моя контора уже некоторое время работает над твоей защитой, — вмешался в разговор Харпер. Мистер Кларк был так любезен что как только дело было открыто он сразу же связался со мной.

— В чём конкретно меня обвиняют?

— В грубом нарушении корпоративной этики в части запрета на ставки на спорт вообще и на исход собственных игр в частности, — ответил Кларк, — обвинение достаточно серьезное и лига может пойти на очень жесткое наказание в случае если тебя признают виновным. Вплоть до отстранения на целый регулярный сезон. Плюс ты еще и обязан быть отстранен на время расследования, вплоть до вынесения вердикта. Мне и мистеру Харперу стоило очень больших трудов чтобы расследование началось после окончания финальной серии. Очень многие в офисе лиги хотели чтобы ты был отстранен сразу же как только о факте возможного нарушения стало известно.

— Понятно. Мистер Харпер, мистер Кларк. Но вы же понимаете что это обвинение полная чушь. Я знаю правила и да, Бекка предлагала мне поставить на Миннесоту. Она хотела поставить а от меня нужны были только деньги. Я её запретил это делать и объяснил почему это будет нарушением. И у меня есть свидетели, целых два. Майк и его девушка слышали как я объяснял Бекке почему нам нельзя ставить на спорт и то что я прямо запретил это делать.

— Да, Алекс, мы это знаем, — сказал Харпер, — я разговаривал с Беккой. С мистером Модано я планирую поговорить сегодня ближе к вечеру. Но проблема в том что свидетели люди заинтересованные. Модано не только твой друг и сосед, он еще и твой одноклубник, который прямо заинтересован в том чтобы ты не понёс наказания. Так что ситуация сложная. Особенно учитывая то что твоей крови хотят сразу несколько функционеров в офисе НХЛ.