Слепой тяжело вздохнул.

— Я не знаю Саша. Все пошло так, как идти не должно было никогда. Твое появление а этом мире стало великой ошибкой, обрекшей его на гибель.

— Что ты несешь, Мельник?! — не понял я.

— Три сезона назад древние замолчали.

Что?! Три сезона назад?? Когда я приходил к нему последний раз, все работало, а было это месяца два назад!

— О чем ты?! Мы виделись не так давно!

Дед опять тяжело вздохнул.

— Мы виделись почти четыре сезона назад.

Что?! Что он несет?? Какие?… Черт! Это что получается?? Я воскрес далеко не сразу?! Четыре сезона!

— Мельник, ты уверен? — спросил я слепого и сильно потер щеки ладонями.

— Да. Три сезона, как я ослеп.

— Так ты и был слепой!

— Древние говорили со мной, и показывали! А теперь они молчат.

Ни черта не понимаю! Что произошло? Кто-то сломал скверну?! Как?? Нет, скверна есть, я видел дичь со скверной, и на людях пятна.

— Ты разрушил этот мир, Саша.

Я сидел на своей любимой табуретке и переваривал информацию. Я разрушил этот мир? Этот хрен точно ничего не путает?? Нет, я хотел кое-что разрушить, что бы собрать заново, но каких-то глобальных планов не было! Да и не сделал я ничего! Убили меня! Я всего-то хотел выяснить, что происходит в Москве, убедиться, что выхода там нет и… А что “и”? Что бы я делал дальше? Да ничего, поселился бы в Полесье, жил себе, пиво пил. Может со слепой сошлись бы, я ведь ей зрение вернул. Стоп! Уж не это ли сыграло роль? Да не, не может быть. Потому что не может быть никогда! А что если это что-то сдвинуло? Слепая ведь говорила, что мной играют, и после игрок сделал ход, но другой фигурой? Может быть. Не хотелось бы, но может быть. Либо сделал ход его оппонент. Я не знаю расстановку сил на столе! Кто, что, как… Бедааа.

— Без древних наш поселок приходит в упадок. — продолжил Мельник. — Земля не родит, люди умирают.

— А как же штраусы? — не понял я.

— Штраусов съели еще в первый сезон после Конца.

Они еще и термин придумали — Конец. Конец связи с сервером, что ли?

— Ну так вы сами дураки. Штраусов надо было разводить а не жрать. Почему ты им не подсказал?

— Это были дары древних. Ты видел, чтоб я пек хлеб? — спросил меня слепой, а я на автомате отрицательно помотал головой, — Я не пек хлеб, это дары древних. Когда древние оставили нас, начался голод.

Вот в чем дело… И хлеб и молоко были порождением скверны. Штраусы, урожай, все это была она. Понятно. Без скверны они не выживут.

— Много людей убили, ради пропитания. В поселке осталось с десяток жителей.

Я не знал, что сказать.

— А Мэнки? Он выжил?

— Да, Мэнки выжил.

— А как же ты?

— Мне не нужна еда. Я просто вещь, которая может говорить.

Голос слепого был полон горечи. От мудрого пророка осталась только потрепанная оболочка. Мда, делааа… И что же делать? Раз этот хрен еще жив, значит скверна не умерла. Надо найти способ что-то с этим сделать, или учить их жить заново. Да к черту, не хочу я их учить, они были мудаками, мудаками и остались.

— Ты судил того парня, который убил своего друга? — неожиданно спросил я.

— Ежжи?

— Да, его.

— Нет. И знаешь, ты был прав. После конца он первый начал убивать: собрал банду, и держал людей в страхе. Но люди смогли их победить, ценой больших жертв.

Я вздохнул.

— Говорил я тебе?

— Говорил. Но я был слишком самоуверен. Никто не ждал такого.

— Дураки. — сказал я и снова вздохнул, — В чем еще я был прав?

Слепой сгорбился еще больше, и, казалось, стал меньше.

— Во многом.

Все с ними ясно. Я встал и пошел на второй этаж, лег на знакомый топчан. Брезентовое одеяло высохло и было грязным, но мне было наплевать. Сон не шел, и я долго ворочался на своем лежбище. И ведь какое дело — опять виноват я. Да что я им сделал-то?! Ничего! Не вырезал сектора, не грабил, не насиловал, наоборот, старался что-то полезное сотворить! И виноват. По любому поводу! Уроды вы все, вот что я вам скажу. Дождетесь, устрою вам кровавую баню! За этими черными мыслями Морфей забрал меня в свое царство. Снилась мне тьма, тьма, в которой ничего не происходит. Странно… Раньше я видел множество ярких снов, но теперь скверна молчит? Очень похоже на то. Мир снова пережил конец света, и если раньше он хромал на обе ноги, то теперь остался еще и без костылей.

Утро выдалось хмурым. Тусклое солнце едва пробивалось через затянутое грязной пленкой окошко. Я оделся и спустился вниз, слепой сидел опершись на палку, но никак не отреагировал на мое приветствие. Спит? Или обиделся и игнорирует? Появилось жуткое желание подойти и оторвать ему голову, но я понял, чье это желание. Нет! Нет. Не в этот раз. Я мысленно плюнул, и вышел на улицу. Опять я на дне, и надо начинать все с начала. Я вспомнил, как меня телепортировало в капсулу к медведю, как я почти голый пришел к Мельнику, и он накормил меня и уложил спать. А все-таки есть в нем что-то хорошее, просто я обижаюсь на него, потому что он бубнит на меня. Наверняка у него есть основания обвинять меня, еще бы он рассказывал подробности… Но нет. А теперь он просто сломанная кукла. Незавидная судьба…