Глава 19

На следующий день

У Хейны я появился после всех вчерашних мытарств только к семи часам утра и тут же услышал знакомое до боли.

— Пришё ёл! — Через минуту она уже повисла у меня на шее. После чего, ущипнув меня за нос, словно не доверяя своим глазам, удивленно констатировала.

— Надо же, и даже живой!

— Ну-ка слазь с меня, пигалица! — заявил я, чувствуя, что сейчас начнётся: где был, что видел, сколько раз поимел рыжую и почему без костылей после этого?!

Обидевшись, та спрыгнула с меня и, забравшись опять на кровать, глубокомысленно изрекла:

— Всё с тобой ясно!

— Что тебе ясно?! — удивился я, присаживаясь рядом с ней и гладя её рукой по плечу.

— Всё! — пропищала она и отвернулась от меня к стене.

Это что-то новенькое, подумал я и ехидно заметил:

— Ну и лежи там как дурочка одна, если не хочешь разговаривать! — и отправился в душ.

Когда я оттуда вышел, та уже как ни в чём не бывало носилась по кухне, гремя тарелками, и занимаясь приготовлением завтрака.

— Садись есть, моя, а то твоей рыжей, наверно, не до того было, чтобы тебя накормить?!

Съев свой омлет, так как у Фреи действительно было в этом плане шаром покати и кроме бутербродов, пирожных и супов быстрого приготовления вообще никогда ничего не было. Я закурил и посмотрел на Хейну, та, забравшись опять на кровать, всё это время с любопытством взирала на меня, подперев одной рукой подбородок. Увидев, что я обратил на неё наконец своё внимание, она с недвусмысленным видом провела пальчиком по бёдру, а затем отправила его гулять по всем злачным местам своего тела, явно провоцируя меня. Притом с таким выражением лица, что я сразу понял, что отсюда я вряд ли смогу уйти, пока она не получит всё, что задумала.

— Ну и чего ты там потерялся! — промурлыкала она, плавно разворачиваясь ко мне одним интересным местом и потихоньку раздвигая для его обозрения свои ножки. Притом делая это так, что у меня тут же перехватило дыхание, а мой дружок тут же зашевелился и завопил мне в ухо: «Чего ты ждёшь, кретин»! Тем более что трусиков на ней уже не было, а через минуту их естественно не стало уже и у меня. Прочитав на всякий случай молитву во спасение своей души я естественно тут же полез на неё, а куда мне было ещё деваться с несущегося на всех парах под откос паровоза…

К вольеру с её любимчиком Хорки мы подъехали, только, разумеется, через полтора часа. В течение ещё некоторого времени она уговаривала его взять на борт ещё одного пассажира, для наглядности ткнув в мою сторону пальчиком пару-тройку раз. После чего тот, наконец, смилостивился и, разинув свою миленькую пасть, что-то проурчал в виде согласия. Ещё через некоторое время, установив на него дополнительное седло, мы, наконец, поднялись в воздух и направились к злополучной пирамиде. Где-то через полчаса мы были уже на месте.

За прошедшую ночь ни один из монстров так и не выбрался из своей берлоги в пирамиде, чтобы посмотреть, кого это к ним принесло. Видимо, проводили поминки по своим погибшим товарищам или закусывали нашими. Собрав небольшой брифинг и определив план операции по зачистке здания, распределив его по секторам и боевым группам, где-то ещё через час мы наконец к ней приступили.

Первым делом мы загнали в транспортный цех через главный вход бронеавтомобиль с привязанной к нему сзади дикой свиньёй, предварительно отловленной для этого в лесу После чего туда зашла группа бойцов в «Хамелеонах» и, заняв позиции вдоль стены, стали ждать появления монстров. То, что они появятся, я нисколько не сомневался, так как шум от мотора по-любому там разбудил даже мёртвых, а записанные на проигрыватель на всякий случай душераздирающие визги свиньи вряд ли им дадут заснуть и дальше. Все бойцы в том числе которые были и в бронеавтомобиле были естественно в очках для ночного зрения.

Через некоторое время из одного из входов на второй этаж выглянули два монстра и, озираясь по сторонам, медленно вошли внутрь. Не заметив ничего опасного, кроме застывшего посередине какого-то неподвижного металлического зверя с с вовсю визжавшей свиньёй на привязи, они что-то кому-то изумлённо прокричали. К моему собственному удивлению, на каком-то, хоть и непонятном, но всё же членораздельном языке. После чего вслед за ними в помещение из того же самого проёма двери появилось ещё четверо, а за ними и ещё двое озлобленных образин. Узрев вторгшегося на их территорию каких-то двух наглецов, людей в «Хамелеонах» они, естественно, не видели, они начали, заходя по кругу, окружать спокойно наблюдающую за ними машину. Когда они взяли её в кольцо и вот-вот готовы были броситься в атаку на непонятное им чудище, и ошалевшую видимо от страха забравшеюся под нею свинью, по ним тут же одновременно открыли огонь бойцы в «Хамелеонах». Через мгновение, даже не поняв, что случилось, все восемь монстров, нашпигованные пулями, уже лежали на полу, истекая кровью. Ещё через несколько минут, поняв что других гостей здесь больше не ожидается, мы разделившись по парно, сами вошли в проём входа, откуда они перед этим появились.

Через некоторое время, поднявшись по лестнице, мы оказались в довольно большом помещении, видимо, когда-то бывшее спортзалом. Тут, в окружении десятка детёнышей, находилось ещё семь гориллоподобных монстров, шесть из которых явно принадлежали к самкам. Седьмой, всего скорей был серьёзно ранен и лежал на полу. Услышав, видимо, звуки наших шагов, одна из этих монстрих обернулась и посмотрела в нашу сторону. Остановившись в замешательстве от вида этого семейства, я поднял руку и подал знак рассредоточиться, не зная, что делать дальше. В детей мне ещё не приходилось стрелять, во всяком случае лично и своими собственными руками, какого бы внешнего вида они ни были. В это время одна из самок, привлечённая звуками, начала с удивлённым видом приближаться прямо в мою сторону. Рассуждать о том, что делать дальше, не было уже времени. Но всё же я успел крикнуть прежде чем спустить курок: