Вредный Толя как раз тянул меня к себе правой рукой. Правую же ногу тоже выставил немного вперед. Самая лучшая позиция, чтобы провести обычную заднюю подножку. Этого, я думаю, хватит, чтобы слегка сбить с него гонор.

Я схватил его сам, левой рукой под локоть, а своей правой — за воротник рубашки. Подтянул к себе, чтобы Толя сам перенес вес на переднюю правую ногу.

Внизу незаметно подшагнул левой ногой в сторону, а правую выпрямленную ногу выставил под колено Толи. Противник что-то заподозрил, он увидел, что я двигаюсь и начал атаковать.

Он пытался отодвинуться назад, но поздно. Я толкнул его в сторону, чтобы он наткнулся ногами на мою правую ногу, оказавшуюся у него почти под коленом.

Мне почти удалось свалить противника, но опять же помешал низкий центр тяжести. А еще у него оказалась отменная реакция, удивительная для такого неповоротливого тяжеловеса.

Толя заверещал и захрюкал, потерял равновесие, но быстро выставил ногу назад, отшатнулся и сумел удержаться. Вот ведь какой изворотливый, я и сам удивился, потому что такую ловкость нечасто встретишь даже среди опытных борцов.

Не теряя времени, я атаковал его дальше. В самбо всегда так, если не получилось провести один прием, тут же надо проводить другой. Не терять возможности и не хлопать попусту ушами.

Тем более, что сейчас не схватка по спортивным правилам, а банальная драка между двумя самцами. Продолжая давление на Толю, я схватил его второй рукой за локоть снизу, потом рванул к себе. Как и ожидалось, противник инстинктивно попытался вырваться, и тоже рванул руки к себе.

Я этого только и ожидал. Позволил ему уйти назад, воспользовался тем, что он слегка потерял равновесие, наклонился и схватил за обе ноги, под коленями. Тут же выпрямился, отставил правую ногу назад и рванул обе ноги Толи вверх.

На этот раз все получилось, как надо. Я провел прием быстро и ловко. Правда, не до конца. Это называется бросок назад захватом двух ног.

В идеале я должен схватить его ноги подмышки и поднять соперника вверх. Дальше вывести на удержание или болевой. Для этого соперник обычно повисает на самбисте, проводящем бросок.

Но Толя у нас далеко не борец, поэтому он просто опрокинулся назад и упал спиной и головой прямо на кафельный пол туалета. Скривился, скорчился и схватился за затылок.

Ну да, я знаю, что это неприятно, дружище. Но ты сам захотел этого, так что теперь пожинай плоды. Кушай заваренную тобой кашу. Расслабься и получай удовольствие.

Единственное, на мгновение я испугался, что у него сейчас расколется череп, хотя я чувствовал, что сделал все правильно и враг ударился о пол сначала плечами и только потом головой.

— Ничесе! — протянул кто-то из зрителей. — Вот это классный бросок. Где научился, заучка?

Остальные замерли на месте, хотя пару студентов схватились за головы. Видимо, не ожидали такого от меня, обычно тихого и робкого задрота.

Я был готов броситься на Толю и слегка придушить его, но уже видел, что это лишнее. Толя лежал на полу, на фоне темно-коричневых и желтых кафельных плиток и держался за голову. Встать он не мог, так же, как и продолжать борьбу.

Я отпустил его многострадальные колени, наклонился и пощупал затылок. Вроде без переломов, но мог получить сотрясение.

Упасть с высоты человеческого роста и тюкнуться кумполом об кабельный пол — это суровое испытание для любого черепа. Каким бы крепким он ни был.

— Ты в порядке? — спросил я и попытался даже поднять Толю. — Встать можешь?

Толя оттолкнул мою руку и перевернулся на бок. Я отодвинулся и Толя встал. Желания продолжать драку у него не было.

Так и держась за затылок, незадачливый соперник ушел из туалета, не сказав ни слова. Студенты проводили его взглядом и тоже повалили из туалета.

Тем более, что в коридоре затарахтел пронзительный звонок. Со мной остались только несколько человек. Один подошел и похлопал по спине.

— Молодец, Витька. Это ты ему отлично вломил, давно бы так. А то вечно лез к тебе.

И тоже вышли наружу. Я остался один-одинешенек, есть время подумать обо всем и решить, правильно ли я поступил. Правда, убойная для этого не самое подходящее место, так что я вытер пот со лба, поправил одежду и тоже вышел.

Вдобавок ко всему я теперь забыл, в какую аудиторию мне надо идти, так что теперь пришлось искать. Впрочем, через пару минут я нашел нужный кабинет, заглянул внутрь, извинился и попросил у преподавательницы, женщины лет сорока, позволения войти внутрь.