— Наконец-то у тебя появилась возможность исправить свои ошибки и встретиться с младшим княжичем! И только попробуй упустить эту возможность!

— Горбатого только могила исправит… — пробормотала Эмма себе под нос и пошла к деду.

Новость требовалось обсудить.

Но ничего путного старик предположить не смог. Будь это что-то по мертвецам, общение бы пошло через него, а так… Ничего не оставалось, кроме как собраться и поехать навстречу. Которую назначили в тот же день.

Сергей, сам не зная почему, перед встречей с Эммой Чернышовой волновался.

Возможно, из-за того, что чутье и логика ему подсказывали, что не всё здесь чисто. Почему отец привлек Чернышевых для столь деликатного дела, как уничтожение ковена в соседском княжестве? Почему сначала действовали своими силами, а потом и вовсе отошли в сторону, дав выступить против самого ковена именно Чернышовым? Ещё и Васильева им доверили.

Это было просто нерационально. Но почему-то отец не спешил посвящать во все детали этого дела. Что так-то было в его духе. Князь был от природы скрытным и часто подкидывал сыновьям задачки на подумать, не спеша им всё разжевывать.

Когда Эмма Чернышова вошла, княжич, который постарался собраться и произвести подобающее впечатление, снова растерялся. Девушка выглядела… очень эффектно. И пришла она в красном, военного кроя мундире. Без оружия, с ним бы её не пропустили, но сам образ создавал впечатление, что она девушка властная, решительная и суровая. Поэтому Сергей и растерялся. Он разных девушек видел, но подобного не ожидал. Будто и не юная девица, а боевой воевада.

— Княжич, — поклонилась Эмма.

— Сударыня…

— Сударыня? — распрямилась Эмма и улыбнулась. — Княжич, мы с вами не в девятнадцатом веке.

— Да, вы правы. — Сергей постарался взять себя в руки. — Просто вы выглядите так впечатляющее, что я растерялся.

— Разве княжичи могут растеряться?

— Как оказалось, при виде вас — вполне, — улыбнулся Сергей.

Со старшим братом у него были сложные отношения, но назвать их исключительно ужасными нельзя. Хотя некоторые его снисходительные советы, как обращаться с дамами, пусть и имели толику смысла, но приятными от этого не становились. Говорить прямо и делать комплименты, если растерялся — было как раз одним из таких толковых советов.

— Надеюсь, вы не об этом хотели поговорить. Я удивилась дважды. Когда меня вызвали во дворец и когда привели к вам. Что могло потребоваться от скромной девушки княжичу?

— Может, присядем? — предложил Сергей.

Эмму он попросил привести в малую переговорную. А начальника охраны — проследить, чтобы их никто не подслушивал. Того конфуза с Олегом княжич не забыл.

— Пожалуй, откажусь. Хотелось бы услышать причины вызова, — чуть прохладно ответила Эмма.

— Это не вызов. Приглашение. Если хотите сразу перейти к делу, что ж… Хорошо. Эмма, скажите, вы чувствуете мертвых на расстоянии?

Глаза девушки сверкнули. Лицо она удержала, но Сергей вырос при дворе. Читать людей его учили с малых лет, и дефицита практики никогда не было.

— Нет, не умею, — ответила та.

— Жаль, очень жаль. Тем не менее я хочу пригласить вас перебраться во дворец. С целью обеспечения охраны княжеской семьи.

Эмма обернулась, делая вид, что убедилась — сзади никого нет. Повернулась и посмотрела на княжича.

— Простите, мне показалось, что вы к кому-то другому обращаетесь, — ответила она. — Или у меня слуховые галлюцинации. Чем вы мне предлагаете заняться?

— Обеспечением охраны, — невозмутимо ответил Сергей. — Разумеется, наша охрана останется на месте. Вы же будете находиться рядом и в случае нападения поможете. Насчёт всего остального, где вы разыгрываете недоумение, почему приглашают именно вас — давайте пропустим эту часть. Я в курсе, что у вас отличная подготовка. В курсе, что вы охотитесь на мертвецов и имеете опыт борьбы против них. Также я в курсе, что вы обладаете достаточной чистотой силы, чтобы эффективно им противостоять.

— Поразительная осведомленность.

Эмма ответила внешне равнодушно, но Сергей не мог отделаться от чувства, что над ним тонко издеваются. Или не тонко.

— Тогда, быть может, вы сразу озвучите, зачем мне это? — продолжила она.

— Зачем вам помогать княжеской семье? — княжич сделал вид, что удивился.

— Именно. Вероятность того, что во дворец заявится кто-то очень сильный и перебьет здесь всех, стремится где-то к ста процентам. Ваши руки, — Эмма посмотрела на перчатки княжича, — не дадут сорвать.

— Это было очень жестоко. — Сергей не удержался, заиграл желваками, напрягся.