— Хорошо, — согласился директор. — Принято. А вторая девочка? Хмельницкая?

— Вы знаете… — задумалась судья. — Это очень странный случай на мой взгляд. Очень странный. Несмотря на явные технические ошибки в программе… Она тоже имела шанс выиграть произвольную программу. Моя оценка пять шесть — пять восемь.

— Чтоооо? — у Каганцева глаза полезли на лоб. — Но как это может быть? Каааак??? Одна откатала чисто, а другая грязно, и всё таки лишь на немного уступила? На какую-то десятую часть балла!

— Всё просто, — спокойно ответила судья. — У вашей Хмельницкой очень высокая культура катания. Необычайно высокая для её уровня. Она восхитительно показывает образ. Не забывайте — в произвольной программе более всего оценивается интерпретация образа. Техническая часть на втором месте. И… Я не понимаю, почему девочка не прыгнула не получившиеся прыжки второй раз. Сделав ещё одну попытку, она могла бы выиграть.

— А если она чисто откатает техническую часть? — не унимался Каганцев.

— Она безусловно, выиграет программу, — развела руками старшая судья. — Послушайте… Почему вы так зациклены на этой фигуристке? Вам радоваться надо, что у вас растут два таких самородка. Нам всем будет крайне интересно их противостояние.

— Да… Всё верно, вы правы… — криво улыбнулся Каганцев. — Всё ясно. Спасибо. Встретимся на старте.

— Вам не хочется услышать, как откатались другие участницы? — удивлённо спросила судья. — У вас есть и другие чудесные девочки. Бронзовая медаль, как я понимаю, вакантна, и на неё есть сразу несколько претенденток.

— А? Нет. Спасибо… — потерянно пробормотал директор спортшколы. — Я не специалист, знаете ли… Объясните всё про других девочек Владиславу Сергеевичу. И про мальчиков тоже.

Директор быстро распрощался с судьями и покинул актовый зал быстрым шагом. Левковцев же наоборот, спустился со сцены с блокнотом и ручкой, сел рядом с судьями и приступил к подробному обстоятельному разговору, делая заметки по ходу дела.

Арина Стольникова, олимпийская чемпионка и чемпионка мира, пока совсем рядом шли разговоры о её прокатах, занималась в раздевалке совсем будничным делом — играла в парашу старой тряпкой с фигуристками из группы Левковцева. И надо сказать, ей это внезапно понравилось. Как тут не вспомнить мотивационные речи кандидата психологических наук, весь смысл которых передавался простой русской пословицей «с кем поведешься, того и наберешься». Впрочем, даже такое нужное и увлекательное занятие может рано или поздно надоесть, особенно если играешь практически в одни ворота. Поэтому через несколько минут весёлой возни Арина распрощалась со всеми, показав знак Виктории, естественно, никому не знакомый здесь, и пошла домой. Сегодня она решила сходить на районный каток, чтобы попробовать выбить из головы ненужные мысли, осложнившие её сегодняшний прокат.

Провалы… Они случаются. Иногда просто так, кажется, на ровном месте, но, естественно, всегда под ними есть вполне определенная причина. Сегодняшней причиной явно стал сильный прокат Соколовской. И она поплыла. Потому что внезапно оказалось, что за победу нужно упорно бороться с равной по силам фигуристкой. В своем времени она выигрывала за счет четверных прыжков и тройных акселей, которых не было у большинства соперниц, кроме пары японок и пары россиянок. Однако… Выигрывала бы Арина у них, не обладая элементами ультра-си? Вопрос оставался открытым. На юниорском уровне она участвовала в упорной борьбе за пьедестал с практически равными соперницами — результат иногда различался в десятые и сотые доли балла. Однако в последнее время её преимущество было подавляющим. И вот после привычки побеждать любого соперника она опять очутилась среди ровни. Да… Над этим стоит поразмыслить…

— Ну что? Как прокат? — спросила мама, сидевшая в зале и смотревшая телевизор с бабушкой.

— Нормальный, — смущенно ответила Арина, принимаясь за ужин. — Я на каток пойду сейчас.

— Допоздна не задерживайся! К «Времени» чтоб пришла!

Вечерело. Сумерки стали фиолетовыми, в окнах многоэтажек Рабочего поселка зажглись огни. Люди готовились к отдыху, а Арина Стольникова готовилась к вылазке на каток. К чему он понадобился ей? Точно она не знала, но предполагала, что ей нужно вернуть сильно пошатнувшуюся уверенность в себе. Гарантированно вернуть её можно было лишь планомерной работой и уверенными стартами, но сейчас времени не было ни на то, ни на другое. Да и предстоящее первенство, если будет проиграно, скорее всего, станет последним в этом сезоне.

И тут вдруг Арина поняла, что нащупала верную ниточку, за которую надо потянуть, чтобы выйти на свет. Вот в чём причина её провала! Излишнее ожидание от первенства.

Всё время, что она была в этом мире, она хотела покинуть его. А для этого ей представлялся лишь один способ — вновь стать олимпийской чемпионкой. На это она готова положить все силы. Проигрыш на первенстве воспринимался как трагедия вселенского масштаба. Но… Так ли это? Ведь можно пойти и другими путями. Стать лучшей в чём-то другом. Или даже, если цель в спорте отложится на один год, в этом нет ничего страшного. У неё ещё уйма времени, чтобы привести себя в порядок, подтянуть тело к нужным кондициям, и, если не сейчас, то через год или два всё-таки взять городской старт.

Приведя свои мысли в порядок, Арина почувствовала небывалую легкость. Ей стало казаться, что она нашла смысл жизни, и девочка, подпрыгивая и что-то напевая, побежала к дворовому катку.

Когда пришла на уличный каток, Арина сильно удивилась: сегодняшним вечером на нём главенствовал хоккей. Начался дворовый чемпионат, который разыгрывали несколько уличных команд, и юные хоккеисты взяли каток в свой оборот. Команд было несколько, и названия они носили по цветам нарукавных повязок. Сегодня играли «зелёные» и «красные». Был там и Максим, центрфорвард команды «красных».