И в этот момент, в мою голову пришла запоздалая мысль: Чума. Он что, в квартире? Какого черта следом не метнулся? Растерялся? Так или иначе, он остался там один на один с этим огром! Ему же там вот-вот конец придет!

Мысли об устранении какой-то цели, заданиях и прочим паскудным вещам, исчезло. Хоть Чума и втравил нас в этот блудняк - он пока еще мой друг. Если, конечно, огр не расправился с ним, с особой жестокостью. Так что, как ни крути - а придется возвращаться.

"Битва Строри с Максимом продолжалась пятьчасов — то полыхая, как французская революция, то затихая, как коммунизм в период Брежневского застоя".

Djonny. "Сказки Темного Леса".

На мое счастье, этажом выше Чумы кто-то делал ремонт. Посему мне удалось разжиться обрезком трубы, длиной примерно полметра, с острым спилом на конце. С этим нехитрым оружием я и явился к дверям квартиры. Прислушался. В жилище Чумы стояла абсолютная тишина. Стараясь не шуметь, я потянул приоткрытую дверь, поудобнее перехватил свое оружие и вошел в квартиру. Воображение рисовало страшные картины расправы: Чума лежит на полу, а наш утренний товарищ, сидя на нем, избивает его великим множеством способов, превращая моего друга в фарш. Если повезет - перетяну этого фуфела по затылку, а дальше - по обстоятельствам. А вот о том, что будет, если мне не представится такого удобного случая, я старался не думать.

Первым, что мне бросилось в глаза, едва я вошел в квартиру, был утренний гость, который лежал на полу, раскинув руки и уставившись в потолок, Из-под его затылка успела натечь большая лужа ярко-красного. Еще одна струйка, перечеркнув алой линией висок, текла из правого уха. А на уголке кухонной столешницы неестественно смотрелось красное пятно. Довершал эту немую картину Чума, который сидел напротив развалившегося байкера, глядя на мертвеца огромными от удивления глазами. И увидев своего товарища живым и здоровым, я облегченно вздохнул:

– Я уж думал, тебя замесили, - пробормотал я, опуская трубу.
– А тут вон оно что.

Чума оторвался от созерцания мертвеца на полу своей кухни и перевел взор на меня:

– Ты… какого наделал?
– заплетающимся языком с трудом пролепетал он.
– Это же…

– Судя по нашивкам, президент клуба “Шедди”, - ответил я, подходя ближе и разглядывая мертвеца. Теперь, лежа на полу, он уже не казался таким огромным да устрашающим. Видимо, под влиянием паники я здорово преувеличил его габариты.

– Ты… понимаешь, что теперь нам край?
– спросил Чума, глядя на меня.

– Ну, во-первых, видит Бог - я не хотел такого исхода, - начал я.
– А во-вторых: кабы не я - убил бы он нас обоих страшной смертью. И тебя-то хрен с ним, за дело. А вот меня за какие заслуги? И вообще: я виноват? Говорил же я, что у тебя очень скользкий пол. Вот он и упал. Неудачно. Не повезло.

Осторожно, стараясь не наступить в лужу натекшей крови, я перешагнул через тело и уселся на стул, положив свое оружие на край столешницы.

? И что делать?
– запричитал Чума.
– Теперь нам точно все! Смерть! Вот влипли-то!

? Да, некрасиво как-то вышло, - протянул я, глядя на лежавшее на полу тело. Раскаяния за совершенное не было. Только какая-то пустота, и… чувство того, что я сделал очень большое дело. Словно сложная, практически невыполнимая задача, наконец была разрешена.

? Не о том ты думаешь, - ответил я.
– Проблемы надо решать по мере их поступления. А вот первая из них - куда деть этого кабана.

"Получено задание: "Чистильщик". Избавьтесь от трупа, чтобы не попасть в поле зрения полиции".

Кухня снова подёрнулась поволокой и расплылась перед глазами. Я по-прежнему сидел на табурете у стола, только вот ни кухни, ни Чумы, ни мертвеца на полу уже не было. На её месте вновь проступила чёрная комната.

Я затряс головой, но в этот раз морок и не думал исчезать.

"Игровые подсказки. Избавиться от трупа можно, если....".

Где-то на краю сознания раздался истошный женский визг. И морок разом спал, а я вновь очутился на кухне Чумы. Труп на полу никуда не делся. А причиной шума в квартире была та самая Рита, о которой, в свете последних утренних событий, я уже успел позабыть.

Девушка стояла на пороге кухни, расширившимися от ужаса глазами глядя на труп. И издавала высокий мерзкий звук, от которого у меня моментально заложило уши. Стоило отдать девушке должное: вопила она долго и на одной ноте, не повышая и не снижая уровень шума.

– Да заткнись ты!
– рявкнул я, но это не возымело ровным счётом никакого результата.

Пришлось встать со стула, перешагнуть через тело, подскочить к девушке, схватить ее и заткнуть рот ладонью. И мерзкий визг мигом превратился в мычание. Бессвязное, а самое главное - тихое.