– Сел, - односложно ответил я, достав из кармана разрядившуюся трубку.

Вика кивнула и нахмурилась:

– Ты какой-то бледный, - с легким беспокойством в голосе заметила она.
– Не простыл?

– Просто устал.

– С чего бы?
– с подозрением спросила девушка.

– Весь день мотался по делам, - не хотелось врать или вдаваться в подробности о том, что за дела у меня были в городе.

Вика хмыкнула, а затем на ее губах появилась загадочная улыбка:

– Поехали домой.

– Домой?
– ошалело переспросил я.

– Ну да, - уверенно ответила девушка.
– Домой. Куда же ещё? И что за вопросы?

– Да так, - рассеянно пробормотал я.

– Тогда не стой столбом. Поехали!

Вика ухватила меня за руку и потащила к выходу.

– Подожди, - остановил её я.
– Мне нужно поговорить с Рыжим. Недолго.

Девушка вздохнула, а потом с явной неохотой выпустила мою руку.

– Иди, раз уж так срочно. Но потом домой. Тебе нужен постельный режим и врачебный уход, - строго сказала она, но намек я понял.

– Спасибо.

Я поцеловал её в щеку и направился вглубь бара.

– Нико! Брат!

Сбоку появился Тиг, дружески обняв меня и хлопнув по плечу.

– Привет. Где Рыжий?

– Там, - здоровяк сделал неопределенный жест, обводя весь клабхаус.
– Как сам? Неважно выглядишь.

– Стресс и недосыпание. Вот и результат на лице.

– Жизнь у нас такая нелегкая, брат, - философски изрёк Тиг.
– Полна приключений. Пойдём, выпьем.

– Пожалуй, не сегодня, - поспешно отказался я, и глаза байкера хитро блеснули:

– Понимаю, - усмехнулся он, многозначительно кивнув в сторону двери. В кресле, напротив доски почёта, притворяясь безразличной, сидела Вика. Только беспокойные пальцы на подлокотниках выдавали ее нетерпение.

– Она хорошая баба, брат, - с неожиданной серьезностью произнёс вдруг Тиг, и его ладонь крепко сжала моё плечо.
– Обидишь её и наживёшь немало врагов среди "Шедди".

– И не думал делать подобные глупости, - ответил я, и, немного помолчав, добавил:

– Разве такую обидишь?

– Вот и чудно.

Я лишь кивнул, невольно пряча улыбку и просто пошёл бродить по заведению в поисках Рыжего.

– Да где он?

Внезапно, перед глазами появилась карта клабхауса. Рядом с залом для голосования стояла буква "Р".

– А вот, наверное, и сам Рыжий, - с облегчением выдохнул я, направившись к маркеру.

Рыжий и правда стоял у дверей зала для голосования, разговаривая с кем-то из байкеров. Заметив меня, оба мигом прекратили разговор, уставившись на меня.

– Рад видеть, брат, - сердечно поприветствовал меня президент клуба, обнимая за плечи.
– Потом все обсудим.

Последняя фраза была адресована парню со звучным погонялом Боров. Тот буркнул что-то и пошёл в сторону общего зала, по дороге задев меня плечом.

– Чего встал?
– рявкнул он.
– Пройти мешаешь. Развелось салаг.

– Салаг, говоришь?
– недобро усмехнулся я.
– Ты что несёшь, поросёнок? Совсем страх потерял?

Отошедший на некоторое расстояние от меня, Боров остановился. Сжал кулаки и шагнул было ко мне, но Рыжий его остановил:

– Остынь, Боров, - миролюбиво сказал он.
– А ты не лезь в бычку.

Я всего лишь пожал плечами:

– Каков вопрос таков и ответ.

Рыжий силился сдержать смех, да не сумел:

– Ладно. Зачем пожаловал?

– Решил заехать в гости, - пространно заявил я.
– Проведать друзей. Глаза Рыжего хитро блеснули:

– Ну, пойдем, пообщаемся.

Мы зашли в зал голосования и расселись по креслам. Рыжий первым нарушил тишину:

– Как сам?
– спросил он, выуживая из мятой пачки сигарету.
– Будешь?

Открытая пачка посмотрела на меня почти просительно и я кивнул. Размял сигарету в пальцах, доставая зажигалку. Чиркнул кремень и мои лёгкие заполнились горьким смолистым дымом. Нестерпимо захотелось закашляться, но я переборол себя, выпуская сизую густую струю.

– У меня два вопроса, - затягиваясь, начал я.
– Первый: сегодня в метро мне повстречался игрок. Разбойник. И такая злоба к нему на меня напала, что караул. Чудом удержался от смертоубийства. Ну, или самоубийства.

– Это норма, - успокоил Рыжий, подвигая ко мне пепельницу.
– Игроки испытывают подсознательную агрессию друг к другу. Это своеобразный элемент пвп. Уничтожать себе подобных, чтобы выживали сильнейшие. Ну а система всячески поощряет этот естественный отбор.

– Это каким образом?
– полюбопытствовал я.