— Не извольте беспокоиться! — заверяет меня колобок елейным голоском, предано глядя в глаза, словно собака.

Я неспешно надеваю перчатки, сдвигаю стекло и аккуратно беру маску в руки. Внимательно рассматриваю ее, держа в поле зрения старушек, следящих за каждым моим движением, словно цепные болонки.

Я резко прикладываю маску к лицу, уже зная, что сейчас испытаю, но происходящее далее выходит за рамки моего воображения. Я закрываю глаза, ощущаю привычные уколы кожи, боль, переходящую в сладкую истому, а затем меня хватают за голову цепкие старушечьи пальцы.

Бабки срывают маску с моего лица, она вываливается из их рук и падает на пол. Все происходит медленно, как будто во сне, и, прежде чем спасти древний артефакт, я замечаю выражение искреннего удивления в глазах Бестужева, и невообразимого ужаса на лице Анисима Петровича.

Я окружаю маску конструктом в десятке сантиметров от пола, дергаю его к себе, как учил Шувалов, и маска снова оказывается в моих руках. Я аккуратно кладу ее на темно-зеленый бархат, виновато улыбаясь старушкам, и замечаю в их глазах неподдельный религиозный экстаз.

Прежде чем закрыть стекло витрины, я внимательно разглядываю маску. В том, что это древний конструкт, я больше не сомневаюсь. В момент контакта с Фиолетовой Силой, на его гладких обводам вспыхнули ярко-белые всполохи.

Я наконец-то выспался и теперь скучаю. Листаю Телеграф, привольно развалившись в мягком кожаном сидении лимузина, который везет меня на Имперский Полигон. За окнами мелькают зеленые пригороды столицы, но мне нет до них дела — я бы с удовольствием провалялся весь день в постели и смотрел сериалы. Драматические, а не про бесстрашных супер-аристо.

Лента мессенджера тоже скучна. Трубецкой пропал с радаров и не появлялся в сети с момента нашего расставания, его сестра традиционно меня игнорирует, а больше в этом серпентарии аристо нет ни единого человека, с кем мне хотелось бы пообщаться. Великий Князь — не в счет, но он занят изучением внутренних донесений, и разговаривать не склонен.

Телеграф — та еще помойка. Если верить ему, то я занимаюсь сексом без остановки на перекус, туалет и сон. Трое из красноглазых малолеток, с которыми я фотографировался в высотке Апраксина, написали, что переспали со мной, и это было волшебно, а количество сообщений от бесцветных девушек, предлагающих заняться сексом, вообще не поддается исчислению. Фотографиями обнаженных девиц я теперь обеспечен до старости, если, конечно, до нее доживу.

Собираюсь закрыть приложение, но вспоминаю про стихи. Проверяю разговор и вижу новое сообщение от таинственной незнакомки: «Приходи в клуб 'Темная ночь» в семь вечера. Твоя К.

— Пришли результаты генетической экспертизы, — сообщает Шувалов, отвлекая меня от сладких грез. — С вероятностью 99% у тебя и двух обнаруженных парней одни и те же родители, что и требовалось доказать. Если мы обнаружим еще одного или двух — результат будет таким же!

— И что вы на этот счет думаете? — спрашиваю я, чтобы поддержать беседу.

— Ничего не думаю! — ворчит Великий Князь. — Если бы не ваши разноцветные глаза, то решил бы, что мы имеем дело с экстракорпоральным оплодотворением и рождением всех вас несколькими суррогатными матерями!

— Экстра что?!

— Искусственное оплодотворение, — язвительно произносит Шувалов. — На примере пестиков и тычинок рассказать?!

— Не стоит, но мне кажется, что естественное не только проще, но и приятнее!

— Это не самое интересное! — заявляет Шувалов, складывает газету и с торжеством смотрит мне в глаза. — Твой отец — кто-то из нашего рода, а вот мать… Мать не принадлежит ни к одному Великому Роду Российской Империи!

— Бесцветная, значит?

— Нет! — Князь отрицательно качает головой. — Темная!

Тьма меня раздери! Популярных романов, пьес, спектаклей и фильмов о запретной любви Темных и Цветных — тысячи, со многими из них я знаком, но никогда не думал, что окажусь героем одного из них!

— Сам факт ни о чем не говорит! — задумчиво произносит Шувалов, откладывая папку с донесениями на сидение. — Но, когда его предадут огласке…

— Мне нужно будет бежать в Истамбул?

— Тебе нужно будет бежать и от Темных, и от Светлых, потому что для всех ты лишь наполовину свой, а наполовину — чужой, которого следует уничтожить!

— И каков план?

— Сражаться за свою задницу и доказывать всем, что Тьмы в тебе нет! Ты же помнишь, что Шуваловы не сдаются?!

Я и не собираюсь сдаваться! Я планирую бороться за свою жизнь до последнего вздоха, но мне нужны еще две маски, доступ к Темному Кристаллу и, возможно, к Светлому. А главное — мне нужна информация о себе, которую получить не у кого.

— Почему вы не сделали генетический анализ раньше? — зло спрашиваю я. — Почему не проверили мое происхождение сразу?