Не торопясь присоединяться ко всеобщему застолью, какое-то время я задумчиво наблюдала, как ведут себя боги.

И не видела в них ничего божественного. Вот вообще ничего! Самые обычные существа, которые не чужды самым обычным желаниям: вкусно поесть, на халяву выпить, повеселиться и посплетничать.

Айхи всё-таки уступил настойчивым просьбам Гии и начал не только есть и пить, но и наигрывать на своём инструменте что-то незнакомое, но легкомысленно-веселое, Эреанда звонко хохотала, Найхор хвастал своими воинскими достижениями, Друаш сосредоточенно пил, закусывая коньяк затейливыми бутербродами личной сборки, Суджин легкомысленно шутил и расточал комплименты дамам, Гия напропалую кокетничала с Ирвишем, но не преступая границ разумного, а драгхары то и дело напряженно поглядывали на меня, наверняка ожидая какой-нибудь совсем уж внезапный финт ушами в моём исполнении.

И не зря…

Люци, ты так и не ответил мне, что будет, если мне захочется слегка попортить фасад одной божественной сучке.

“Она обидится”, - высветился в чате ответ.

Не поверишь, догадываюсь. А что-то посерьезнее?

“Не знаю. Правда. Поэтому не стоит”

Но мне хочется. Правда.

“Тогда… Рискни. Я подстрахую. Но всё равно я бы не рекомендовал”.

Наверное, будь я капельку умнее и осмотрительнее, обязательно бы послушалась его мудрого совета, но… Нет.

Слабоумие и отвага. Только так. Только хардкор!

– Амайнира, я взываю к тебе. Услышь меня. Приди на мой зов. Приди… - Я вкладывала в эти простые слова всю доступную мне силу и навыки, зовя в том числе мысленно и душой, а когда почувствовала от алтаря отклик, злорадно ухмыльнулась и добавила: - И ответь за своё преступление!

– Чего?
– оторопело выпалила прекраснейшая из богинь, соткавшаяся передо мной из миллиона сверкающих частиц, отливающих розовым перламутром.
– В смысле? Я богиня любви!

Пару раз оскорбленно хлопнула ресницами, придирчиво осмотрелась, недовольно нахмурилась, заметив застолье, где даже невооруженным взглядом было видно полупустые тарелки, и не придумала ничего умнее, как возмутиться:

– Я не поняла, а почему меня только сейчас позвали? Как давно вы тут сидите?

– Сейчас тебя позвала я, - осадила её резко.
– Но не за тем, чтобы пригласить к столу, Амайнира. Мне нужны ответы. Правдивые ответы. Где душа и тело Ильи Сабельникова?

– Понятия не имею, о ком ты говоришь!
– торопливо выпалила богиня, но мне даже напрягаться не пришлось, чтобы различить в её словах ложь.
– И вообще, у меня дела!

– Стоять!
– прикрикнула на неё, активируя в том числе начальственный окрик, и богиня аж отпрянула от меня, перед этим на миг замерев.
– Я жду ответа на свой вопрос, Амайнира! Или ты настолько труслива, что можешь только убивать, но не отвечать за свои поступки?

– К твоему сведению, я его не убивала!
– желчно процедила белокурая фифа, в один момент превращаясь из прекрасной девы в гротескную копию самой себя.
– Боги не марают свои руки кровью презренных смертных! – А потом вдруг заявила странное: - Я обещала ему неземную любовь, а он посмеялся надо мной, заявив, что нет такой женщины, которая была бы хоть на процент лучше тебя! Тебя! И тебя-я… - В мою сторону ткнули подозрительно острым ногтем, шипя так злобно, что я едва разбирала слова.
– Тебя ждет гораздо худшая участь, человечишка! Жалкая подстилка фальшивого бога!

А вот это она зря сказала. Я ж дурная становлюсь, когда такое слышу…

===

Ну что, делаем ставки, дамы и господа!

Как думаете, чья возьмет?

*ни за что не угадаете, клянусь!*

*коварство автора не знает границ*

На то, чтобы сменить платье на доспехи ушла буквально доля секунды. На активацию заранее подготовленных свитков - ещё одна.

В следующий миг я уже от души прикладывалась к лощеной роже богини, возомнившей о себе слишком многое, и с наслаждением наблюдала, как опухает её щека, а в глазах застывает шок. При этом она оказалась достаточно сильна, чтобы устоять на ногах, а не упасть, схватиться за лицо, отступить на пару шагов назад, снова разрывая между нами расстояние, и оторопело выдать:

– Ты… меня… Ударила?! Ты… Как ты… посмела?

– Я тебе больше скажу, - в моих руках появились пылающие цепи, которые я ловко намотала на кулаки.
– Я тебя сейчас снова ударю, дрянь. Потаскуха, возомнившая себя богиней… Думаешь, имея силы, стоишь над законом? О, нет… Куда пошла? Стоять!

Кто бы сомневался, но эта трусливая гадина попыталась сбежать от меня сначала в свои божественные чертоги, начав стремительно исчезать, но мне хватило дури и скорости, чтобы подскочить и впечатать в её далеко не стальной пресс обмотанный цепью кулак. Как я и надеялась, огонь инферно не позволил богине завершить телепортацию и она снова проявилась, сложившись пополам и от неожиданности отлетев на пол.

Правда, там она подозрительно быстро пришла в себя, подскочила на ноги и, вереща в мой адрес затейливые угрозы, задала стрекача. Ну а я, соответственно, за ней.

Такое развлечение бывает только раз в жизни! Грех завершать его так быстро!

Минут десять эта лахудра металась по храму, пытаясь прятаться от меня то за алтарем, то за другими богами, предпочитающими делать вид, что происходящее их не касается, и все её визгливые призывы к их совести и солидарности оставались без ответа. Ещё через пять, когда я слегка размотала цепи и стала использовать их, как хлысты, эта мерзавка, снова получившая по щам, догадалась призвать Хаттура, и не знаю, как остальным, а мне стало ясно, что развлечение подошло к концу. Бог инферналов, старейший и сильнейший из всего пантеона, был мне не по зубам.