Шрифт:
Дальше перенёс его на верстак, где и продолжил процесс переработки.
С материалами эпического класса всё было намного сложнее и энергозатратнее. На полный цикл переработки ушло тридцать шесть процентов заряда артефакта создателя. Но зато удалось получить не только небольшой слиток ванадия, но и все шесть самоцветов.
Получен ванадий
Удалось переработать 58% материалов, затраченных на производство маски
Получен самоцвет Кошачий глаз 3, чистота 19, 16, 21%
Кошачий глаз даёт владельцу возможность перевоплощаться и становиться единым с маской,
принимая образ, заложенный в неё мастером
Получен самоцвет Агат 3, чистота 16, 18, 23%
Агат Мощи. Даёт владельцу возможность многократно усиливать физические возможности организма
Это получается, что человек в маске паука мог превращаться в него?
Становиться огромным пауком?
Да ещё и плюсом многократное усиление физических возможностей. А с учётом того, какой чистоты самоцветы были вставлены в маску, то получается, что это был настоящий монстр, с какой стороны ни посмотри.
— Ты чего замер? — вновь послышался голос Гиены. — Эта тоже сломалась? Херово. У паука должны быть отличные камни. Правда, никто не согласится становиться такой тварью, как он был.
— А вы раньше уже встречались?
— Было дело пару раз, но до драки не доходило. А вот парни Берлиозов рассказывали, на что тот был способен. Жуть, да и только. Такого вот встретишь и сразу в штаны навалишь. Даже не представляю, кто из наших его прихлопнул. Это какой же нужен тапок? Боюсь, что даже Феликс с ним бы не справился. Здесь либо Эдик, либо сам Кирилл Андреевич. Никого из первого я точно не видел.
— Кто такой Эдик?
— Командир второго отряда масок Антоновых. Тот ещё жулик, но сильный зараза… что аж дрожь берёт. Понятия не имею, почему его не сделали командиром первого отряда и поставили туда Лису, но Эдик её точно уделает в бою. Ходят слухи, что самоцветы чище, чем у него, только у самих Антоновых. Про Господина Лазаря вообще молчу. Там фамильная маска из какого-то суперматериала и камни никак не меньше пятидесяти процентов чистоты. Ты хоть представляешь, какая это мощь?
— Мощь, способная уничтожить абсолютно всех, кто собрался на территории поместья прервал Романа незнакомый мне голос, услышав который Гиена резко побледнел и вроде даже заскулил.
Глава 16
В дверях мастерской показался высокий мужчина лет пятидесяти. Его длинные волосы цвета воронова крыла были пронизаны сединой, а черты лица заострены, словно высечены из камня. Холодные серые глаза в упор смотрели на меня, от их взгляда по спине пробегала дрожь.
Незнакомец был одет в дорогой камзол из тёмно-бордовой кожи с серебряными застёжками. Под ним красовался расшитый золотыми нитями жилет. На груди виднелся вышитый герб Дома Антоновых. Сапоги блестели, будто только что снятые с витрины.
Мужчина стоял, заложив руки за спину на уровне поясницы. Даже его поза излучала величие и уверенность в себе.
Роман склонил голову в уважительном поклоне и ткнул меня локтем, призывая последовать его примеру. Я поспешно встал и тоже склонил голову перед вошедшим.
— Приветствую, господин Лазарь Васильевич, — произнёс Гиена.
Значит, это и был глава Дома Антоновых. Сам Лазарь Антонов.
Он прошёл мимо, даже не взглянув в нашу сторону. Лазарь Васильевич подошёл к верстаку и внимательно осмотрел самоцветы, оставшиеся от маски Паука.
— Забрать камни и уничтожить. Кошачий Глаз запрещён императорской полицией. Если обнаружат хоть один такой камень на нашей территории — будут серьёзные проблемы, — холодно бросил он.
Из-за его спины тут же показалась хрупкая девичья фигура в изящной маске вороны. Она бесшумно подошла к верстаку, забрала самоцветы и также бесшумно растворилась в воздухе.
Аметист.
Я уже знал, что невидимость дарует этот самоцвет.
После этого глава дома Антоновых развернулся и направился к выходу из мастерской. Но на пороге он на мгновение обернулся через плечо и бросил:
— Ты очень похож на своего отца.
С этими словами он вышел, оставив меня в полном смятении. Я с трудом мог поверить, что только что видел самого главу Дома Антоновых.
Главы влиятельных домов были практически легендарными персонами.
Роман выдохнул с облегчением, как только за Лазарем Васильевичем закрылась дверь.
— Ничего себе, сам Господин наведался в гости! Нет, я, конечно, знал, что операция серьёзная, но чтобы сам глава Антоновых…
Он повернулся ко мне: