— Да, это нормально. Если они не против смотреть на мониторы всю ночь.

— У Нико есть Томми для тебя дома. Он будет его… развлекать, пока ты не будешь готов.

— Я не оставлю Майю, пока она не проснется и не почувствует себя лучше.

— Я понимаю. Я также позвонил сестре Мэрибет. Она приедет из Джерси, чтобы остаться с ней до тех пор, пока ее не выпустят утром.

— Это все такая ерунда.

— Я знаю. Хотя могло быть и хуже. Если бы я не следил за твоей сигнализацией, мы бы не узнали о взломе. Я знаю, что тебе не нравится работать у нас, но есть некоторые преимущества.

— Да, знаю. Мне нужно вернуться к Майе. Скажи Нико, что я свяжусь с тобой, когда здесь все вернется на круги своя.

— Держи нас в курсе, — Арес встал и протянул руку, чтобы пожать мою. Затем он повернулся и прошел через мой дом к парадным дверям, как будто он был там миллион раз раньше. Я проводил парня до своей комнаты охраны, отпер ее, дал ему краткое изложение того, как все это работает, и к тому времени, как я вернулся наверх, остальные уже ушли. Я предположил, что они заняли свои места на улице и вернулся к Майе.

Доктор закончил и собирал вещи. Я поблагодарил его и, когда он ушел, забрался в кровать рядом с Майей. Притянула ее тело к себе, не толкая руку с капельницей.

— Вернись ко мне, Майя. Пожалуйста.

ГЛАВА 11

МАЙЯ

Мое тело было тяжелым, и мне было так жарко, что казалось, что кожа горит. Я повернула голову, а затем быстро подняла к ней руку, когда боль от миллиона иголок ударила мне в лоб, вызвав самую сильную головную боль, которую я когда-либо испытывала. Когда я пошевелила рукой, меня охватила совершенно другая боль. Я открыла глаза и посмотрела на свою руку в темноте. Было поздно, судя по всему, очень поздно. Я была дома, Антон был со мной, но у меня в руке была капельница. Вот тогда все вернулось на круги своя.

Томми, его люди, Мэрибет, страх никогда больше не увидеть Антона — все это нахлынуло на меня одновременно, и я задохнулась от крика облегчения, узнав, что все закончилось. Слезы текли так быстро, что я даже не удосужилась их вытереть, и к тому моменту, когда я задохнулась, в поле моего зрения появилось лицо Антона.

— Ты в порядке. Просто дыши, Майя, ты у меня есть, — сказал он, крепче прижимая меня к груди и проводя пальцами по моим волосам.

Я схватила его, как будто он был тем спасательным кругом, в котором я так отчаянно нуждалась. Его теплое тело и его пряный, нежный аромат окружили меня, когда я распалась в его объятиях.

— Я думал, что потерял тебя, — прошептал он, и я заплакала еще сильнее. Он сел и посадил меня к себе на колени, успокаивающе покачивая вперед и назад, пока мое дыхание наконец не выровнялось.

— Мне очень жаль, — сказала я, как только ко мне наконец вернулся голос. — Мне очень, очень жаль.

— Тебе не о чем сожалеть. Теперь все в порядке. Все кончено.

— Он умер?

— Пока нет, но скоро.

Мое тело напряглось при мысли, что он может снова преследовать меня.

— Как он сбежал?

— Он этого не сделал. Он есть у Нико. Единственная причина, по которой он все еще жив, это то, что я хотел, чтобы Арес отвез нас домой, пока ты не проснешься. Нико держит его на вилле для меня.

— Я хочу туда.

— Нет.

— Я не останусь здесь одна.

— Я не пойду сегодня вечером. Я хочу убедиться, что с тобой все в порядке, и что Мэрибет выпустят утром. Как только наш дом будет в порядке и обо всех позаботятся, я разберусь с Томми.

— Она в порядке? Не могу поверить, что не спросила тебя сразу.

— Она в порядке. С ней ее сестра, и я написал им обеим пару часов назад. Если не считать головной боли и огромного беспокойства за тебя, с ней все в порядке.

— Можем ли мы ей позвонить?

— Почему бы нам сначала не принести тебе немного еды и воды, ладно?

— Когда ты переодел меня? — спросила я, заметив, что одета в свою любимую уютную пижаму.

— Сразу после ухода доктора Андерса. Обойти капельницу было сложно, но я справился.

— Спасибо. Хотя я не думаю, что я голодна. Который сейчас час?

Антон потянулся за телефоном, лежавшим на тумбочке.

— Четыре утра.

— Как долго я спала?

— Слишком долго. Должно быть, они облажались, когда вкололи тебе дозу во второй раз. Невозможно, чтобы ты проснулась к аукциону.

Я вздрогнула при упоминании о том, что могло со мной случиться.

— У меня около миллиона вопросов.

— Я отвечу на них, но только после того, как ты попробуешь что-нибудь съесть. Я принесу тебе немного сухих тостов и крекеров. Док сказал, что тебя, возможно, будет тошнить, когда ты проснешься.