— ПТСР, — прошептала я, уставившись на неё. Я не встречала этой детали в газетных вырезках или судебных протоколах. Я не знала, что Патрик Лейси нашёл моих родителей. Что он нашёл меня.

— Чертовски крупное совпадение, — прокаркал Джули.

— Ага, — я не могла уложить это в голове.

— Чёрт возьми.

Я отпила глоток сока. Я отчаянно желала узнать больше о маме и папе, но это был настоящий шанс расспросить о Патрике. Для моих родителей будет время потом; мне нужно сосредоточиться на нынешнем преступлении. Я неосознанно крепче сжала стакан. Раздался внезапный треск, и апельсиновый сок разлился всюду, когда стакан раскололся в моей руке. Чёрт. Этого не должно было случиться.

— Бл*дский ад, — Джули схватила с барной стойки полотенце и начала промакивать мою кожу. — Не двигайся, а то порежешься, — она сердито посмотрела на бармена. — Я же говорила, что эти стаканы — паршивая дешёвка, — раскритиковала она его. — Эм могла серьезно пострадать!

— Я в порядке, — выдавила я. — Это моя вина.

— Пффффф! Не говори глупостей!

Бармен поспешил к нам с совком и щёткой.

— Я приберу всё. Не беспокойтесь. Прошу прощения за это.

— Это моя вина, — сказала я. И это правда моя вина; временами я не осознавала свою силу.

— Ты запачкала всю эту очаровательную блузу, — Джули цыкнула языком, снова промакивая мою одежду полотенцем, но от этого оранжевое пятно сделалось лишь ещё больше.

Я улыбнулась ей и подняла ладони.

— Всё хорошо, — настаивала я, затем опустилась на колени и помогла бармену с последними осколками. — Незачем плакать из-за пролитого апельсинового сока.

— Ай, дорогуша, — Джули уставилась на меня. — Именно так и сказала бы твоя мама, — она вздохнула. — Ты правда на неё похожа.

Я закусила щёку изнутри.

— У меня снята комната наверху, — сказала я. — Просто пойду и переоденусь.

— Хорошая идея, — Джули рьяно закивала. — Иди и переоденься.

— Вы останетесь? — спросила я. — Я недолго.

Она улыбнулась.

— Я могу немного задержаться. Скоро надо будет идти домой и готовить ужин, но у меня есть немного времени.

— Спасибо, — я взглянула на Билла. — И вам тоже спасибо.

Он ворчливо шмыгнул носом.

— Нет проблем.

Тяжело дыша, я взбежала вверх по лестнице в свою комнату. Разбивать стакан было глупо. Я знала, это случилось потому, что я позволила эмоциям взять надо мной верх, но лучше от этого не становилось.

Я сняла блузу и метнулась в ванную, чтобы стереть с себя липкий сок. Однако стоило мне открыть кран, раздался каркающий звук, никак не связанный с трубами в пабе. Это что такое, чёрт возьми?

Я сдвинулась назад, чтобы видеть остальную комнату через открытый дверной проём ванной. Ничего не выделялось. Я нахмурилась и решила, что вообразила себе это, но внезапно раздалось очередное карканье, за которым последовал лихорадочный стук по окну. Да ёб вашу мать. Это очередная чёртова ворона примостилась на подоконнике и смотрела на меня пронизывающими глазками-бусинками. Окно было приоткрыто на несколько сантиметров, чтобы впустить тёплый летний ветерок. Мне надо было порадоваться, что птица не протиснулась в мою комнату, но я вовсе не радовалась.

— Это абсурд! — взорвалась я, и мой голос эхом отразился по комнате. Я развернулась и бросила блузу, приготовившись стукнуть по окну и прогнать птицу. Я с топотом обошла кровать… а потом позади меня что-то скрипнуло.

Секунду спустя большая ладонь зажала мне рот, а вторая легла на горло и начала сжимать.

Глава 8

Уф.

Я сдвинула своё тело и услышала жалобный скрип, вызванный моим движением. Половицы, решила я. Вот что это за звук. Я лежала на старых половицах. Мои ноздри раздулись. В воздухе витала едкая вонь серы. Ох, да ёб вашу мать.

— Утречко, Эмма!

Я открыла один глаз и прищурилась. Я по-прежнему находилась в своей комнате в «Птичке и Кустике». В старом кресле напротив кровати сидела Лаура, подобравшая ноги под себя.

Я застонала, приподнялась, схватила с постели одеяло и завернулась в него.

— Я опять умерла, да? — спросила я ровным тоном.

— Боюсь, что да, — её лицо выражало одновременно беспокойство и сочувствие. — Я бы передвинула твоё тело на кровать, но посчитала, что ты, наверное, не захочешь поджечь весь паб, когда воскреснешь. Пол казался наилучшим вариантом для минимизации ущерба.

Я посмотрела вниз. На деревянных половицах, где я лежала, виднелась большая подпалина. Я содрогнулась.

Лаура встала и схватила край коврика под своими ногами, затем подтащила его, чтобы прикрыть обгоревшее место. Ну почти. По краям всё равно виднелись обугленные места.

— Вот, — бодро сказала она. — Всё как новенькое, — затем её улыбка испарилась, и она окинула меня долгим взглядом. — Проблемы следуют за тобой как дурной запах от скунса, — произнесла она. — Что случилось? Кто это сделал?