Арабелла возвела очи к небу: объяснение лучше не придумаешь, но маленькую собеседницу оно между тем вполне устроило.

– А меня зовут Коралина Кнауэ, но все зовут меня Кора.

– Приятно познакомиться, Кора, – сказали одновременно Финч и Арабелла.

– Ты красивая, – сказала Кора, глядя на Арабеллу. – Мне нравятся твои волосы.

– Спасибо, – смущенно улыбнулась Арабелла и поправила шапку, из-под которой выбилась рыжая прядь.

– А где вы живете? – спросила новая знакомая.

– В Горри. А ты?

– Я – в Гротвей. В моем классе есть мальчики и девочки из Горри. Они грустнее всех.

«Значит, у этих существ все так же, как и у нас», – подумал Финч.

– А что ты тут делаешь? – спросил он. – Ты выглядишь очень печальной. Как будто сама из Горри.

Кора насупилась.

– Меня наказали. Вернее, я жду, когда госпожа директриса освободится и назначит мне наказание.

– Наказание? – спросил Финч, большой знаток наказаний. – Но за что?

– На уроке полетов я очень испугалась. И не захотела пробовать.

Арабелла решила прикинуться осведомленной, чтобы не выдать себя и Финча.

– Но говорят, это совсем не опасно, – важно сказала она. – Почему ты испугалась?

– Иногда кто-то разбивается, – сообщила Кора и задрожала. – Насмерть.

– Как это? – испуганно спросил Финч. – Что это за уроки полетов такие?

– Нас выводят на утес возле Краекк и заставляют прыгать с него в пропасть. Те, кто с ходу учится, выживают, остальные – нет. И я испугалась. Мадам Гракк попыталась меня столкнуть, но я вцепилась в дерево, которое растет на утесе. Когда урок закончился, она отвела меня сюда и сказала, что сообщит госпоже директрисе.

Финч украдкой покосился на Арабеллу. Та была бледной – причем настолько, что выглядела почти как Кора. Кажется, эта школа мгновенно перестала ей нравиться.

– Я тебе очень сочувствую, Кора, – сказал Финч. – Меня тоже часто наказывают.

– Послушай, Кора. – Арабелла огляделась по сторонам. – Ты не видела здесь высокую женщину в черном? У нее еще коляска…

– Мадам Шпигельрабераух? Она зашла в кабинет госпожи директрисы. Только что.

Девочка указала на темно-красную дверь с табличкой «Вирджиния Воррта. Госпожа директриса Фогельтромм».

Финч закусил губу.

– Вот бы послушать, о чем они там говорят.

Кора издала заинтригованно-восторженное «Ах!» и спросила:

– Вы что, следите за мадам Шпигельрабераух?

– Да, – признался Финч. – Мы разгадываем одну тайну. – Он перешел на доверительный шепот: – Взрослую тайну.

– Ух ты! – черные глаза Коры увеличились от восхищения.

– Мы шли за мадам Кларой из самого Горри, – добавил мальчик. – Уверен, они с госпожой директрисой обсуждают сейчас что-то очень важное и секретное.

Финч подкрался к двери и приставил к ней ухо. Из кабинета директрисы не раздавалось ни звука. Повернувшись к девочкам, он отрицательно покачал головой.

– А я знаю! – радостно воскликнула Кора.

– Что знаешь? – не понял Финч.

– Как нам услышать то, о чем говорят в кабинете мадам Воррты.

– И как?

– Пойдем со мной! – Она соскочила на пол, схватила портфельчик и бросилась по коридору обратно, к главному входу.

Финч и Арабелла переглянулись и поспешили за ней.

Не дойдя до вестибюля несколько шагов, Кора открыла одну из дверей слева – за ней располагалась узкая деревянная лестница. Дети поднялись по ступеням, в которых были вырезаны диковинные письмена, и вышли в очередной тесный темный коридор. Наконец Кора остановилась у низенькой двери без таблички.

Открыв ее, девочка вошла первой и пригласила Финча с Арабеллой внутрь. Когда ее новые знакомые последовали приглашению, Кора закрыла дверь, и они втроем оказались почти в полной темноте. Финч на мгновение даже испугался, что маленькое носатое существо заманило их в ловушку и сейчас съест.

– Чем это пахнет? – раздался совсем рядом голос Арабеллы.

Финч принюхался. В каморке стоял сильный запах воска и жира.

– Это чулан со свечами, – сообщила Кора. – Здесь есть решетка. Возле пола. Через нее неплохо слышно, как мадам Воррта кого-то отчитывает. В этом чулане постоянно собираются старшие ученики и потешаются над младшими – теми, кого наказывает госпожа директриса.

И тут, будто в подтверждение ее слов, в чулане вдруг раздался голос мадам Клары. Он был таким отчетливым, словно она стояла совсем рядом с детьми.