Наконец и он уткнулся лицом в стол, и я с каким-то злорадством подумал, что теперь его кровь точно перемешается с пролившимся вином и их будет не отличить друг от друга.

Гремя цепями, я бросился к двери, чтобы закрыть ее на засов – мало ли кто зайдет сюда не вовремя, помешав моим планам. После этого вернулся к поверженному стражнику, методом перебора нашел нужные ключи на подвешенной к его поясу тяжеленной связке и освободился от кандалов и цепей. Затем, добравшись до верстака рыжебородого, вынул так славно послуживший мне нож, а при помощи позаимствованных на верстаке щипцов избавился от «душителя магии» на шее.

Что дальше? Дальше нужно спешить, а потому я быстро, как только это возможно, облачился в одежду стражника. С непривычки долго провозился с ремешками стального нагрудника, но в конце концов справился. Напялил на голову похожий на морион шлем с засаленным и весьма дурно пахнущим подшлемником, подвесил на пояс ножны с мечом и ту самую связку с ключами.

Все это время лихорадочно соображал о своих дальнейших действиях. Как быть? Выбираться из замка, бежать за помощью? Теоретически можно обратиться в местное отделение Палаты правосудия, оно в Альгасте, как столице провинции Энрата, должно быть. Но, во-первых, можно остаток ночи потратить на поиски данного заведения в незнакомом городе. А во-вторых, еще неизвестно, в каких отношениях имперцы с местной властью. Вероятно, давно спелись с герцогом Ребо и сделают все, чтобы не ссориться с ним. Да и ночь на дворе, в лучшем случае сторожа там застану, который уж точно ничего не решает. Не вариант.

Вообще куда-то бежать за подмогой видится мне абсолютно бесперспективной затеей – это долго, и друзей, на которых можно было бы рассчитывать, у нас здесь нет. Выйдя же из замка, я очень рискую уже не попасть в него обратно. На то он и замок!

Нет-нет, действовать нужно здесь и сейчас. Либо мы все вместе выйдем отсюда, либо навеки останемся в этих мрачных стенах.

Эх, сейчас бы обезболивающее заклинание применить к себе, да там слов на полстраницы, без книги не смогу, так что придется потерпеть.

Покинув резиденцию тера Швая, я решительно направился обратно в сторону подземелья.

То ли интуиция моя сработала, то ли ушей достиг едва слышимый из-за следующей по коридору двери крик, но я изменил на ходу первоначальный план и толкнул массивную дверную ручку от себя.

Дверь со страшным скрипом поддалась, я вошел и спешно прикрыл ее за собой. Сейчас главное держаться уверенно, будто я местный и имею полное право расхаживать по полуночному замку.

Что тут у нас? Ага, тоже трое «работников» герцога: стражник, толстяк-писарь и абсолютно лысый, обнаженный по пояс мастер пыток. Только диспозиция совсем другая. Потому что на писарском столе лицом вниз распластано обнаженное девичье тело. Писарь и экзекутор возятся с веревками, пытаясь надежно закрепить пленницу в нужном положении, а стражник уже стоит со спущенными штанами, то ли только готовясь к насилию, то ли вынужденный прерваться из-за активного брыкания пленницы.

Мне достаточно одного взгляда, чтобы узнать даже с такого ракурса Висту, и я на секунду останавливаюсь, поскольку кровь с такой силой ударяет в голову, что в глазах становится темно.

– Даже и не думай! Только после нас всех! – радостно скаля зубы, заявил один из негодяев.

Конечно же, все трое обернулись на скрип двери, но при факельном освещении все стражники выглядят более или менее одинаково, потому никто не признал во мне чужака и не заподозрил подвоха.

Пауза чуть затянулась, но нескольких секунд мне хватило, чтобы взять себя в руки:

– Конечно, как скажешь!

Очень надеюсь, что мой голос прозвучал безразлично, впрочем, вся троица была уже в предвкушении «сладенького», потому не обратила на мои интонации особого внимания. Что ж, судьба у них, стало быть, такая.

Быстро приблизившись к «коллеге-стражнику», левой рукой я с силой вогнал ему нож в основание шеи, прямо над верхним краем стального нагрудника. Не тратя на него более внимания, на ходу вытянул из ножен меч и коротким уверенным движением проткнул живот мастеру пыток. Еще мгновение – и извлеченный из согнувшегося пополам тела клинок перерубил горло готовящегося заверещать толстяка-писаря. Следом – еще шаг вперед, и «контрольный» удар ножа под левую лопатку прекратил мучения экзекутора. Все, занавес! Быстро, тихо и результативно. Вот бы и дальше так!

– Виста! Виста! Это я!

Мучители освободили девушку от кандалов, видимо, чтобы не мешали им развлекаться, потому мне осталось только разобраться с веревками. Через пару минут любимая уже рыдала в моих объятиях.

Ее лицо было в кровоподтеках и ссадинах, левый глаз заплыл, нижняя губа и нос были разбиты, спина и плечи иссечены то ли кнутом, то ли тонкой палкой. Если в ближайшее время не поработать над ее телом лечебной магией, останутся многочисленные шрамы.

Ярость уже буквально клокотала в моей груди, грозя вырваться наружу. Очень хотелось пойти по замку убивать всех попадающихся на моем пути людей. Бездумно, налево и направо, без разбора на правых и виноватых. Но – нет! Нельзя! Мне еще двоих друзей нужно найти и вывести всех нас из этого проклятого места.

– Надо идти, у нас мало времени! – с большим трудом совладав со своими эмоциями, я легонько встряхнул Висту, пытаясь привести ее в чувство.

Помогло.

– Пайрус! Они его изломали! Притащили и бросили в соседнюю камеру, а он ни подняться не может, ни говорить толком! – выдавила из себя девушка, глядя на меня полными ужаса глазами. – Без магии он умрет. Сними с меня этот ошейник!

– А Кайя? Про нее ничего не знаешь? – удивляясь проявленному Вистой мужеству, я бросился к верстаку с пыточными инструментами, схватил уже знакомые мне по соседней пыточной камере щипцы и аккуратно перекусил тонкий кожаный ремешок блокиратора магии.