— Здравствуйте, тренер. — Один из них дернул подбородком в мою сторону.

Взгляд второго остановился на Дженнсин, улыбка растянулась на его губах, когда он окинул взглядом ее тело с головы до ног.

Придурок.

— Доброе утро, — сказал я громче и резче, чем это было необходимо.

Внимание другого парня переключилось на меня, он заморгал, как будто только что понял, что я здесь.

— Доброе утро, тренер.

Я подошел к скамейке, где оставил свой телефон и футболку, еще раз вытер лицо, прежде чем выпить воды.

Когда парни прошли в глубь комнаты, Дженнсин направилась к двери с непроницаемым лицом и высоко поднятым подбородком. Идиоты наблюдали за каждым ее шагом, практически пуская слюни.

Или, может быть, я был идиотом, думая, что имею какие-то права на эту красоту.

Обычно в мой распорядок дня входили приседания и растяжка, но мне нужно было подышать свежим воздухом, поэтому я направился в коридор, не позволяя себе искать, куда ушла Дженнсин. Я забрал из кабинета свою одежду на день, а затем нырнул в раздевалку, чтобы принять душ.

Холодный душ.

Я сосредоточился на футболе. Футбол был моим спасением. С того момента, как я вышел из раздевалки сегодня утром, одетый в темно-синие шорты и серую футболку с надписью «Дикие коты», я сосредоточился на работе. Я не позволял себе думать о Дженнсин Белл.

Мой рабочий день начался с тренерского совещания с Фордом. Затем мы отправились на первую тренировку, за которой последовала встреча с защитой, чтобы отработать несколько новых позиций. Еще одна командная тренировка. И еще одна командная тренировка.

Вернувшись, наконец, в свой офис после пяти, я откинулся на спинку стула и достал телефон. Фейт прислала сообщение.

Сегодня я испекла банановый хлеб. Хочешь?

Я сразу же ответил. Буду через полчаса.

Все лучше, чем идти домой, где я неизбежно провел бы слишком много времени, выглядывая в окна, выходящие на дом Дженнсин. Так что я собрал свои вещи, выключил свет и вышел в коридор, когда Аспен направилась в мою сторону.

— Привет, Торен, — сказала она.

— Привет. Как дела?

— Хорошо? Наверное? Я пока не уверена. Спроси меня снова через две недели.

Я усмехнулся.

— Ого. Что происходит?

— О, ты же знаешь, как это бывает, когда к тебе присоединяются новые игроки.

— Да. — Требовалось некоторое время, чтобы команда сплотилась.

Она вздохнула.

— Да. Одно дело, когда в команду входят первокурсники. Но старшекурсник, ставший национальной суперзвездой, — это… совсем другое.

Подождите. Значит, Дженнсин не вписывалась в команду? Она жила с двумя из них. Они не ладили?

— Все будет хорошо. — Аспен выдавила из себя улыбку. — Я просто немного вымотана после сегодняшней тренировки. Это была первая тренировка с командой, но она прошла не очень хорошо.

— Я могу чем-нибудь помочь? — Не то чтобы я имел хоть какое-то представление о волейболе. Но я бы выслушал Аспен, если ей нужно было высказаться. Это, и, возможно, я бы узнал несколько интересных фактов о Дженнсин.

Возможно, ее идея узнать друг о друге была верной. Если она не будет загадочной, сногсшибательно красивой женщиной, живущей по соседству, ее привлекательность может ослабнуть.

Дженнсин была молода, того же возраста, что и старшекурсники футбольной команды. Не проходило и дня, чтобы один или несколько парней не делали какую-нибудь глупость, чтобы разозлить меня. Конечно, Дженнсин была в десять раз взрослее своих коллег-мужчин, но все же. Попробовать стоило.

Я не мог просить у Аспен подробности, чтобы не вызвать подозрений. Дженнсин, возможно, и новичок в «Диких котах», но футбольному тренеру незачем узнавать подробности о волейболистке. Но если Аспен сама предложит их? Я, конечно, выслушаю.

— Буду рад побыть твоим слушателем, — добавил я.

— Спасибо. Возможно, я расскажу тебе об этом позже. — Она указала на потолок. — Вообще-то, я направляюсь в офис Милли. У нее всегда есть дельные советы.

— Это точно. — Я скрыл свое разочарование за улыбкой. — Хорошего вечера.

— Тебе тоже.

Наверное, лучше было не вмешиваться в это. У меня было много своих подопечных, о которых стоило беспокоиться. И все же по дороге на ферму я не мог перестать думать о Дженнсин. Не о сексе, не о влечении и не о том, чтобы сохранить это в тайне.