«РАЗДАВИ ЕГО».

Да он уберёт с дороги надоедливого крысолюда, и тогда всё станет, как было.

«В смысле как было?» – неожиданно задал себе вопрос аристо. – «Если учитель умрёт, то всё. Как было, уже не будет. Ник уйдёт, школа развалится. Кира, Борди и остальные ребята не поймут меня. Даже для пятёрки Саймон – нерушимый авторитет. Смысл от такой жизни? Это будет просто существование на грани. И неважно, какой у меня будет облик: человеческий или звериный. Ведь всё сведётся к одному – к выживанию».

Рука снова взялась за меч, а чёрная аура вокруг тела постепенно угасла. Впервые за всё время у сенсея появилось на лице что-то вроде вопроса, и он посмотрел на него осмысленно.

– Что смотришь крысиная башка?! – заорал ему Ганс. – Ха-ха! Давай сразимся.

Первый удар он смог разглядеть благодаря предельной концентрации. Боевая стойка выиграла долю секунды – требовалось лишь крутануть кисть. Одно движение спасло жизнь. Его протащило по земле, словно по льду. Ноги подняли за собой шлейф пыли.

Не став дожидаться второго удара, Ганс нырнул в астрал и атаковал сам со спины. Шансы были, но он осознавал, что истинный мастер здесь один. Поэтому ничуть не удивился, даже порадовался, когда Ноксил врезался в сияющую синим огнём преграду.

Ему кажется или клинок был раньше светлей? А, ну да, ведь способности угрозы тут использовал не только Ганс. А значит, что риску превратиться в чудовище подвергался ещё и Саймон. Иронично будет, если в городе в процессе затянувшейся схватки вдруг появится целых два монстра. Ха-ха.

Аристо продолжал наседать на сенсея, не давая тому шанс разорвать дистанцию и снова использовать скоростную технику – для неё нужно секунды полторы точно. Он это подметил ещё на стадионе при сражении с гранд-мастером. Поэтому сейчас цель номер один сближаться и сбивать концентрацию.

Легко сказать. Ганс неосторожно махнул боковым ударом и получил порез от молниеносного укола учителя. Тот держал ученика в напряжении. Не стоит расслабляться. От колющего удара аристо уклонился, но для этого пришлось сделать шаг назад и потом ещё один.

Саймон тоже отпрыгнул. Поднялся вихрь пыли.

«А-а-а-а!» – пронеслось в голове и ладони ещё сильнее сжали рукоятку Ноксила.

Каждый нерв в его теле напрягся от того, что сейчас будет. Он среагировал на звук – глаз не способен уловить такую скорость. Хлопок и Ганс параллельно нырнул в пространство навстречу противнику.

Они разошлись по разным сторонам, но парень не обольщался. Если артефакт позволял телепортироваться каждую минуту, то способность учителя, судя по всему, не имела временного ограничения. Ещё одной гонки на мечах он точно не выдержит.

Поэтому с руки сорвался град камней, заставляя учителя уворачиваться. Аристо бежал ему навстречу. Мечи столкнулись, выпустив сноп искр. Если с предыдущими противниками ему ничего не стоило заканчивать схватку одним махом, то здесь игра шла по другим правилам.

Тяжеловесные удары ничуть не смущали Саймона. Он с лёгкостью брал их на блок одной рукой! Ещё и спокойный такой, ни один мускул на лице не дрожит, будто тычок вилкой отражает. Пафосный засранец!

При очередном столкновении Ганс попытался было ударить полукровку в коленный сгиб, как это делал Ник в спаррингах, но забыл, что хитрый крысюк любил наблюдать за рукопашными приёмчиками второго ученика.

Финт не удался. Более того – парень получил в носопырку хлёсткого леща. Ощущение, будто на короткий момент в доме выключили свет. Обычный человек потерял бы сознание или умер, но в жилах Ганса текла энергия угрозы, а значит, его тело намного прочнее человеческого. Оно всё так же получало урон, трескалось и рвалось, но быстро адаптировалось, не давая помереть.

Выпад светящегося клинка он уже блокировал на автомате, и чтобы всё не закончилось так глупо, прокричал и выпустил глазами разрезающую дугу смертоносного луча.

– А-А-А-А!

Сенсей перекатился назад и присел. Пока ученик заканчивал движение головой, у того появились драгоценные секунды и из позиции сидя он прыгнул растянувшейся линией. Ганс поздно заметил это движение и рука, держащая меч, отлетела на пять метров.

Он с удивлением посмотрел на плечо: аккуратный эстетичный срез, на котором виднелось ещё не окровившееся мясо, жёлтая кость и пастообразный костный мозг в середине.

«Вот и всё», – пронеслась в сознании коварная фраза.