– Что ты делал в том поезде?

Вампир резко обернулся и глянул на меня. Я попыталась понять его эмоции, но Гедымин умело их скрыл за маской равнодушия.

– Почему спрашиваешь?

– А странно очень, – честно призналась я, до конца не зная, что именно хочу услышать в ответ.

– Что странно? – встав передо мной, спросил вампир.

– Слишком много совпадений. Это и странно.

Гедымин присел передо мной на корточки и, заглядывая в глаза, добродушно заметил:

– Не вижу ничего странного. Мы случайно оказались в одном поезде. Ты мне понравилась. Вот и решил помочь, раз это в моих силах.

«Вот это и странно!» – подумала я, продолжая хмуриться.

– Перестань, тебе не идет. – Вампир потянулся и пальцем разгладил морщинку у меня на лбу. – Таким хорошеньким девушкам совсем не идет хмуриться.

– Ага, а еще думать, – криво усмехнулась я, вставая. – Мне миссис Дрю прописала отдых, так что я пойду. Приятных дел!

– Ну, раз я помешал тебе, то, как джентльмен, должен помочь даме добраться до кроватки, – сообщил вампир, подхватывая меня на руки.

Я обиженно засопела, но промолчала.

Пусть несет. Хоть какой-то прок с него.

– Ну не злись, – примирительно попросил Гедымин. – Что на тебя нашло?

Мне хотелось высказать, что именно на меня нашло, но я решительно затолкала гневную отповедь поглубже и велела себе помалкивать. И не потому, что у меня накопилось слишком много вопросов, а больше из-за того, что никто не хотел и не собирался давать на них ответы. Спрашивать Гедымина бесполезно. Он, похоже, настроен и дальше отшучиваться. Остается лишь надеяться, что…

Я прикрыла глаза и на секунду представила, что самое ужасное предположение – правда. По телу тут же пробежала дрожь.

– Холодно? – заметив мою реакцию, спросил вампир.

– Да просто не очень хорошо себя чувствую, – слабо отозвалась я.

Скорее всего я ошибаюсь или просто понимаю все неправильно, ведь у меня не так много фактов на руках.

«Не делай пока выводов!» – приказала я себе, но тут же признала, что, как и после разговора с профессором Дорусом, в голове царит каша.

– Сама поднимусь, – на пороге общаги опомнилась я и задрыгала ногами, требуя себя опустить.

Вампир пожал плечами, но выполнил мое желание, после чего отступил на шаг, рассматривая меня на фоне больших двустворчатых дверей.

– Мне жаль уходить и бросать тебя одну, – доверительно сообщил вампир, заглядывая в глаза. – Впереди выходные… Не хочешь ли куда-нибудь выбраться вместе?

– Может быть, – сухо отозвалась я и развернулась, собираясь со скоростью черепахи ковылять на свой шестой этаж.

– Буба…

Я обернулась, вопросительно глянув на Гедымина.

– Я пришлю тебе завтра записку, – предупредил он и, кивнув, пошел прочь.

– Ну, записка ни к чему не обязывает, – хмуро решила я и с кряхтением вошла в холл.

– Буба? – переспросил преградивший мне дорогу Шиш. – Как мило!

– А подслушивать нехорошо, – с вызовом произнесла я, пытаясь обойти мага по дуге.

Студенты, собравшиеся в холле, с интересом наблюдали, как я ковыляю. Шиш, прислонившись к косяку, тоже понаблюдал пару секунд, а потом преспокойно подхватил на руки. Я хмуро прижала к груди пакет, стиснула простыню, которая едва не сползла на пол, и зажмурилась, делая вид, что я не я и лошадь не моя.

– Оригинальное у тебя транспортное средство.

Видимо, Адаму в голову пришла та же самая мысль, которую он не преминул озвучить.

Шишень замечание одногруппника проигнорировал, а очкарик не стал ничего добавлять, как-то слишком поспешно переключившись на беседу с другими студентами. Я полулежала на руках мага с закрытыми глазами и не стала проверять ситуацию, резонно рассудив, что мое вмешательство не требуется. Сплетен теперь будет – мамочки мои!

– Заведи себе наколенники, что ли, – свернув к лестнице, сказал Шиш. – Боевой маг из тебя точно не выйдет…

К чему это было сказано, я не поняла, но предпочла не уточнять.

– Вот и найди мне наколенники, раз такой умник, – сухо предложила я. – А у меня все не так плохо, просто повязки мешают нормально передвигаться.

Шиш хмыкнул, давая понять, что ни одному моему слову не поверил. Я тут же обиделась, будто он мне по секрету сообщил, что ему уже рассказали, какая Липа Лись по жизни неуклюжая.