Я вслед за ним обвела комнату взглядом, но ничего милого не обнаружила. Обстановка не изменилась и ночью в тусклом свете потолочной лампы выглядела удручающе.

– Так что надо? – спросила я, а сама прошествовала в ванную. – К девушке нельзя без приглашения заявляться, если не в курсе.

Я набросила на плечи халатик и с облегчением затянула пояс на талии. Как-то в присутствии вампира в шортиках мне было неуютно. В комнате я уселась в центре кровати, наблюдая, как вампир нахально топчет мой ковер.

– Неужели я не могу заглянуть в гости и проведать знакомую? – обворожительно улыбнулся мне Гедымин и присел на корточки рядом. – Давно ведь не виделись.

Мне хотелось сказать, что и прошлого свидания пока за глаза хватает, но я удержалась, ограничившись недовольным фырканьем.

– В следующий раз…

– В следующий раз обязательно буду извещать о визите, – покорно согласился вампир.

– Нет, – я качнула головой и, заметив поползновения Гедымина, начала отодвигаться на край кровати, – в следующий раз неплохо бы узнать мое мнение о визите.

Вампир согласно кивнул и уселся рядом, оборвав мою попытку удрать.

– Руки убрал! – Ситуация из странной переросла в раздражающую. – Магия тебя не берет, так я и с помощью лампы могу воспитательную беседу провести.

Гедымин засмеялся, но руки с талии убрал.

– Ты бука, Бубновая дама, – ласково сообщил вампир, – но ты мне все еще должна два поцелуя, а значит…

Что это значило, вампир досказать не успел. Мы синхронно повернулись на стук в дверь.

– Ведьма, – позвал из-за двери Шишень, – швабру свою забери, а то ж в окно выброшу, будешь по кустам искать.

Я сглотнула и зажмурилась, но так думалось хуже. Вскочив и навернув по комнате пару кругов, я тоненьким голоском выдала:

– Сейчас!

А после вцепилась в вампира и потащила его к окну.

– Что? – не понял Гедымин.

– Тебе пора! – как можно тише сопела я ему в спину. – Поезд ушел, и всем хорошим вампирчикам пора в гробик!

– Эй! – слишком громко для ситуации возмутился клыкастый. – Да в чем дело?

Зарычав, я изменила маршрут и нечеловеческим усилием подволокла Гедымина к шкафу.

– Эй! – повторил вопль вампир.

– Давай! – сопела я, пихая его внутрь. – Давай, залазь уже.

– Куда-а-а? – упираясь, пыхтел гость.

В шкафу места хватало только на ту самую швабру, которую приволок Шиш, а вот вампир утрамбовывался с трудом. Но какая женщина может назвать себя таковой, если не способна упаковать, засунуть, уложить и пристроить все и еще немножко?

Дверца закрылась после того, как я придавила ее плечом, а вампир внутри издал звук, похожий на сдувающийся шарик. Нервно провернув ключ дважды, я помчалась к двери.

Маг с сомнением воззрился на меня.

– Швабра? – отдуваясь и смахивая пот, спросила я.

Маг протянул мне требуемое и поверх головы попытался заглянуть в комнату. Я потянула дверь на себя, лишая Шишеня возможности утолить любопытство.

– У тебя кто-то в гостях? – уточнил он, на что я удивленно выпучила глаза и вполне натурально фыркнула со словами:

– Какие гости? Завтра на занятия!

Маг кивнул и удалился, я заперла дверь и, выдохнув, прислонилась к ней. А потом ринулась выпускать вампира.

– Ты чего? – помятый, злой и оскорбленный, Гедымин выбрался наружу с запасной подушкой в обнимку.

Подушку я отобрала, поставила в шкаф швабру и принялась пихать вампира к окну.

– Чего-чего? А как я должна была поступить? – тихо шипела я, упорно выпроваживая гостя тем способом, каким он и проник в жилище. – Мне не хочется, чтобы первая сплетня в академии была про меня и мою нравственность.

– Вы все взрослые люди. – Вампир упирался и всячески препятствовал выселению.

– И что? Правилами академии присутствие посторонних на территории запрещено, – просветила я. – Выметайся.

– Злая ты!

И этот туда же!

– Еще немного приключений на сегодня, и я буду не только злой, но и кусачей, – сообщила я с самым злобным видом.

– Должок? – развернувшись к окну, спросил любитель игры в карты.

– Разбитая коленка? – начиная на самом деле злиться, выдвинула альтернативу я.

– Понял, – кивнул вампир и спиной нырнул в узкое окно, тут же пропав из виду.

– Фух. – Я выдохнула и на подгибающихся ногах поплелась к кровати.

Сил на письмо уже не осталось, будильник не без злорадства показывал час ночи, и мне ничего не оставалось, кроме как нырнуть под одеяло прямо в халате и зарыться носом в подушку в надежде, что за несколько часов больше ничего не произойдет.